Page 1 of 4 123 ... LastLast
Results 1 to 15 of 56

Thread: Russian Translations

   
  1. #1
    Points: 152,225, Level: 100
    Level completed: 0%, Points required for next Level: 0
    Overall activity: 19.0%
    Achievements:
    Three FriendsOverdrive50000 Experience PointsVeteran

    Join Date
    Sep 2009
    Location
    USA
    Posts
    16,078
    Points
    152,225
    Level
    100
    Thanks
    423
    Thanked 34,444 Times in 7,257 Posts

    Default Russian Translations

    This is the dedicated thread for Russian Translation of Daily Trial Information and Witness Testimonies.

    Jmie and Morinen are the volunteer translators.
    Twitter : Ivy_4MJ

  2. The Following User Says Thank You to ivy For This Useful Post:


  3. #2
    JMie
    Guest

    Default Re: Russian Translations

    23 сентября 2011 года. Отбор присяжных.

    В здание суда были приглашены 84 потенциальных присяжных. Десять из них были были вскоре отстранены, поскольку они сказали, что не смогут служить на таком длительном процессе - это ударит финансово по их семьям. Большинство вопросов, которые задавали кандидатам в присяжные защита и обвинение, касались личности и жизни Майкла Джексона.

    Адвокаты Конрада Мюррея задавали потенциальным присяжным следующие вопросы:

    - Считаете ли вы, что по сравнению с другими людьми его возраста Майкл Джексон менее способен принимать решения?
    - Являлся ли Майкл, по мнению кандидатов в присяжные, "по-детски простым…не способным принимать решения"?
    - Считает ли кто-нибудь из них, что к Майклу Джексону применимы иные стандарты ответственности, чем ко всем остальным?
    - Считает ли кто-нибудь из них, что доктор Мюррей несет частичную ответственность за смерть Майкла Джексона?

    Прокуроры спросили, смогли бы присяжные признать Мюррея виновным, если бы обнаружилось, что действия самого Майкла также способствовали его смерти. Прокурор описал гипотетическую ситуацию, в которой невнимательный и неосторожный водитель проезжает на красный свет и убивает пешехода, который "также был не настолько внимательным, насколько следовало, и вышел на дорогу перед машиной". "Можно сказать, что водитель виноват не на сто процентов, но он сыграл существенную роль, - сказал окружной прокурор Уолгрен. – Вы признаете его виновным?"

    По результатам опроса были выбраны 12 присяжных: семь мужчин и пять женщин. Шесть присяжных – белые, пять – латиноамериканцы, и один – афроамериканец. Также были отобраны пять "запасных" присяжных (три женщины и два мужчины).

    Ниже приведена основная информация по каждому присяжному:

    Присяжный #127 – американка мексиканского происхождения, 54 года, менеджер по работе с недвижимостью. Имеет дочь, которая пять лет назад страдала от алкогольной и наркотической зависимости. Считает, что к знаменитостям в суде относятся иначе, чем к простым людям. В детстве любила музыку Майкла Джексона.

    Присяжный #145 – белый мужчина, 45 лет, партнер-менеджер в консалтинговой фирме, жена работает медсестрой о отделении педиатрии в больнице. Ранее дважды исполнял обязанности присяжного. Смотрел "This Is It".

    Присяжный #61 – белая женщина, 57 лет, безработная, ранее работала в "Красном кресте". Внимательно следила за процессом О.Джея Симпсона. Ее младший брат принимает наркотики. Исполняла обязанности присяжного пять ряз.

    Присяжный #70 – белый мужчина,54 года, профессор в колледже, преподает мультипликацию и искусство, создавал персонажей для фильмов студии Дисней. Следил за делом О.Джея Симпсона. Был осужден за вождение в нетрезвом состоянии. Считает, что полиция относится к знаменитостям иначе, чем к простым людям, и что "звезды" могут изменять правила под себя. Поклонник Майкла Джексона.


    Присяжный #44 – мужчина смешанного происхождения (белый–кубинец/мексиканец), в его семье есть алкоголики. Ранее служил присяжным. Поклонник Майкла Джексона, особенно Thriller.

    Присяжный #49 – белая женщина, 43 года, руководитель коммуникационного департамента в международной маркетинговой компании. Ранее служила присяжным по делу о растлении малолетнего. Не считает, что полиция относится к знаменитостям мягче, чем ко всем остальным.

    Присяжный #100 – белая женщина, 48 лет, в течение 30 лет работала помощником юриста, следила за делом Кейси Энтони. Ее брат работает медиком на "Скорой помощи". Считает, что к богатым и знаменитым судебная система более лояльна, чем к простым людям.

    Присяжный #52 – мексиканец, 51 год, почтальон, жена работает ассистентом по ведению медицинской документации. Поклонник Майкла Джексона.

    Присяжный #99 – латиноамериканец, 42 года, водитель школьного автобуса. Его отец был алкоголиком, а свекор умер от алкоголизма. Ранее служил присяжным. Поклонник Майкла Джексона.

    Присяжный #38 – латиноамериканка, 36 лет, работает в службе поддержки клиентов, следила за делом Кейси Энтони. Предыдущим работодателем был врач. Ее отец был алкоголиком, который бросил семью. Ранее служила присяжным по делу о вождении в нетрезвом виде. Поклонница Майкла Джексона.

    Присяжный #128 – афроамериканец, 54 года, технический директор на телевидении. Один из его двоюродных братьев работает судьей, другой – юрист. Его отец умер от алкоголизма. Служил присяжным трижды. В детстве любил Пятерку Джексонов, сейчас поклонник Jay Z.

    Присяжный #108 – белый мужчина, 32 года, продавец книг. Служил присяжным на гражданском процессе. По образованию актер. Поклонник Майкла Джексона.
    Last edited by JMie; 24-09-2011 at 07:41 AM.

  4. The Following 4 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  5. #3
    JMie
    Guest

    Default Re: Russian Translations

    спасибо юридическому консультанту june за информацию.

    Ниже приведено базовое описание процесса, которое может в некоторых деталях отличаться от того процесса, за которым мы все следим. Но в целом из данного текста понятно, чего нам стоит ожидать.


    - Во вторник, 27 сентября, вступительная речь обвинения, а затем защиты.
    - Обвинение начинает прямой допрос своих свидетелей (возможно, в том же порядке, что и в ходе предварительных слушаний, однако порядок может и измениться), а также представляет свои улики и доказательства.
    - Защита проводит перекрестный допрос каждого свидетеля обвинения.
    - Затем обвинение, если сочтет необходимым, может провести вторичный допрос свидетелей, а защита после этого - провести вторичный перекрестный допрос.
    - После того как обвинение допросит всех своих свидетелей, на первый план выходит защита и начинает вызывать своих свидетелей для прямого допроса, а также представляет суду свои улики и доказательства.
    - Обвинение проводит перекрестный допрос свидетелей защиты.
    - Затем может последовать вторичный допрос, если защита посчитает это необходимым. Обвинение, соответственно, имеет право на вторичный перекрестный допрос.
    - Каждая сторона имеет право вызвать контрсвидетелей для опровержения информации, полученной в ходе прямого допроса свидетелей защиты/обвинения.
    - Когда каждая сторона закончит изложение своих доводов, представители обвинения и защиты выступят с заключительной речью.


    Ранее судья Пастор оценил продолжительность разбирательства в 4-6 недель, и, по мнению june, он приложит все усилия, чтобы уложиться в эти рамки.

  6. The Following 4 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  7. #4
    JMie
    Guest

    Default Re: Russian Translations

    Взято с сайта www.courts.ca.gov/2240.htm

    После заключительных речей обвинения и защиты судебный пристав уводит присяжных в совещательную комнату для обсуждения вердикта. В первую очередь присяжные должны выбрать председателя, который обязан следить, чтобы дискуссия проходила свободно и дисциплинированно, чтобы не было беспорядка, каждый имел возможность высказаться и чтобы всем вопросам, которые необходимо обсудить, уделили должное внимание.

    В совещательной комнате присяжным выдают все улики и доказательства по делу, представленные в суде. Если им необходима дополнительная информация (например, чтобы им повторно зачитали чьи-либо свидетельские показания), они уведомляют судебного пристава. Поскольку это возможно сделать, только повторно пригласив в суд данного свидетеля и юристов, присяжные должны серьезно обдумать, действительно ли им это нужно. На осуществление данного запроса уходит некоторое время, но это допустимо, если присяжные уверены, что такой шаг необходим для вынесения правильного вердикта.

    Присяжные обязаны спокойно и внимательно выслушивать мнение друг друга и помнить при этом, что они не сторонники обвинения или защиты, а беспристрастные судьи, опирающиеся на представленные в суде факты. После всеобъемлющей и свободной дискуссии каждый присяжный должен проголосовать исключительно согласно собственным убеждениям.

    При вынесении вердикта необходимо принимать во внимание только показания и улики, представленные в суде. Не должно быть никаких дополнительных домыслов или спекуляций о деле.

    Когда наступает момент голосования, председатель коллегии присяжных должен подсчитать голоса. В Калифорнии при вынесении вердикта по уголовному делу необходимо единогласное решение всех 12 присяжных. Если все присяжные согласны с вердиктом, председатель подписывает вердикт, ставит дату, сообщает об этом судебному приставу. Затем присяжные возвращаются с вердиктом в зал суда.

    Если присяжные не могут прийти к единому мнению в течение определенного времени и сообщают судье, что они не в состоянии вынести вердикт, судья имеет право распустить эту группу присяжных. Такая ситуация называется аннуляцией судебного процесса и может означать, что дело будет вновь направлено в суд с новой коллегией присяжных.

  8. The Following 4 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  9. #5
    JMie
    Guest

    Default Судебный процесс. День первый - 27 сентября 2011 

    Судебный процесс. День первый - 27 сентября 2011 года

    Заседание началось с получасовым опозданием. Судья Пастор сказал, что причина - пробки на дорогах и проблема с лифтами в здании. В самом начале Судья описал присяжным, как будет протекать судебный процесс, сказал про перерывы, про необходимость делать для себя заметки в блокноте и объяснил, что такое вступительная речь.

    Вступительная речь обвинения

    Окружной прокурор Уолгрен произносил вступительную речь со стороны обвинения. Чтобы иллюстрировать свои доводы, он использовал презентацию. В презентации он показал фотографию Майкла, лежащего на больничной каталке. По всей вероятности, фотография была сделана в больнице после попыток реанимации.

    Уолгрен сказал: "Доказательства продемонстрируют, что Майкл Джексон в буквальном смысле вложил свою жизнь в руки Конрада Мюррея. Майкл Джексон доверил свою жизнь врачебному опыту Конрада Мюррея. И за это ошибочное доверие он заплатил слишком высокую цену". Уолгрен сказал, что действия Мюррея привели к смерти Майкла Джексона.

    Уолгрен описал, что Майкл делал в последние месяцы своей жизни. Он рассказал, что Майкл готовился к туру This Is It, рассказал о репетициях и о том, что Майкл жил в доме по адресу улица Каролвуд, 100 вместе со своими детьми.

    Уолгрен сказал, что Майкл и Мюррей познакомились в 2006 году в Лас-Вегасе и с тех пор поддерживали связь. На момент смерти Майкла у Мюррея не было профессионального сертификата ни по одной медицинской специальности. В марте 2009 года Майкл попросил Мюррея сопровождать его в туре. Мюррей согласился и запросил за свои услуги 5 миллионов долларов в год. Они предложили ему 150 тысяч долларов в месяц. В обязанности Мюррея входило оказывать медицинскую помощь общего характера, а также неотложную медицинскую помощь в экстренных случаях. Помимо зарплаты в 150 тысяч долларов в оплату его услуг входила компенсация за перелеты в Великобританию и аренда дома. Он был бы нанят на работу как независимый подрядчик. На момент смерти Майкла ни AEG, ни сам Майкл этот контракт не подписали.

    Уолгрен объяснил присяжным, что такое пропофол. Он сказал, что это не средство от бессонницы, а анестетик. Он перечислил преимущества и побочные эффекты пропофола и описал связанные с применением этого препарата опасности. Уолгрен сказал, что Мюррей солгал фармацевту Тиму Лопезу (который поставлял ему пропофол), сказав ему, что в Калифорнии у него есть клиника и пациенты. Уолгрен перечислил все случаи, когда Мюррей получал от фармацевта пропофол, указал количество получаемого лекарства и рассказал, что посылки приходили на домашний адрес подружки Мюррея Николь Альварес.

    Уолгрен проиграл фрагмент записи, сделанной Мюрреем на свой айфон утром 10 мая. Уолгрен сказал, что Мюррей записывал Майкла, который находился под действием неустановленного препарата. По словам Уолгрена, это указывает на то, что Мюррей знал, какое действие оказывает на Майкла его лечение, но все равно продолжил заказывать пропофол у фармацевта.





    В записи говорится:

    Мы должны быть феноменальными. Когда люди будут уходить с концерта, когда люди будут уходить с моего концерта, я хочу, чтобы они говорили: "Я никогда в своей жизни не видел ничего подобного. Идите! Идите! Я ничего подобного не видел. Идите! Это потрясающе. Он величайший исполнитель в мире". Я возьму все деньги, для миллиона детей, для детской больницы, самой большой в мире, детской больницы имени Майкла Джексона".

    Уолгрен сообщил присяжным, что в период с 6 апреля 2009 года по 25 июня 2009 года, когда Майкл скончался, Мюррей заказал столько пропофола, что его бы хватило на ежедневную дозу в 1 937 миллиграммов.

    19 июня 2009 года - Майкл в плохом состоянии. Его знобило, он дрожал и заговаривался. Кенни Ортега укутал его одеялом, помассировал ему ноги, накормил курицей и отправил домой пораньше.

    20 июня 2009 года. В доме Майкла прошла встреча, на которой обсуждалось состояние его здоровья. Уолгрен сообщил, что на этой встрече Мюррей отчитал Кенни Ортегу. Он сказал: "Врач я, а не вы. Руководите концертом, а заботу о здоровье Майкла оставьте мне".

    23 июня 2009 года. Майкл провел хорошую репетицию. Он прекрасно себя чувствовал, был сильным и оптимистично настроен.

    25 июня 2009 года. Майкл приехал домой с репитиции около часа ночи. Уолгрен показал фотографии дома снаружи, схему расположения внутренних помещений и фотографии комнат.





    Уолгрен показал список телефонных разговоров Мюррея и его переписку по электронной почте за 25 июня. Он отметил разговор в 11:51 с Саде Эндинг (Sade Anding) и сообщил, что через пять минут после начала разговора Саде Эндинг услышала в трубке суматоху и Мюррей перестал с ней разговаривать. Уолгрен сказал, что в 11:56-11:57 Мюррей "по всей вероятности, заметил, что Майкл Джексон мертв".

    Уолгрен сообщил, что Мюррей позвонил личному ассистенту Майкла Джексона Майклу Амиру Уильямсу в 12:12. Тот ему не ответил, но потом сам перезвонил Мюррею в 12:13. Мюррей велел ему ехать в дом, но не попросил при этом позвонить в Скорую помощь. Майкл Амир Уильямс находился у себя дома в даунтауне Лос-Анджелеса, и он позвонил телохранителю Майкла Джексона Альберто Альваресу, который был на Каролвуд, и велел ему зайти в дом и проверить, что происходит (охрана располагалась в трейлере рядом с домом Майкла и обычно в дом не ходила). Когда Альварес зашел в спальню, Мюррей велел ему собрать пузырьки и капельницу. Скорую помощь вызвали только в 12:20.

    Парамедики приехали в 12:26. Они сделали все от них зависящее, но Майкла было уже не спасти. Парамедики спросили Мюррея, какие лекарства он давал Майклу. Мюррей сказал - лоразепам, не упомянув про пропофол. Парамедики были на телефонной связи с больницей UCLA, и UCLA хотели объявить, что Майкл умер в доме. Но Мюррей настоял, чтобы его отвезли в больницу. По прибытии в UCLA врачи спросили Мюррея, какие лекарства Майкл принимал и что он сам дал Майклу. Мюррей сказал, что Майкл принимал валиум и фломакс и что он дал Майклу лоразепам. Мюррей и здесь не упомянул пропофол. Врачи в UCLA после безуспешных попыток реанимации объявили, что смерть наступила в 14:26.

    Через два дня после смерти Майкла полиция допросила Мюррея. На тот момент результаты токсикологического анализа еще не были известны, а на теле Майкла не было видимых травм, поэтому следователи не знали причину его смерти. Именно тогда Мюррей впервые сказал про пропофол и описал свою версию событий.

    По словам Мюррея, ни одно из лекарств, которые он дал Майклу, не подействовало. В 10 утра Майкл говорит Мюррею, что он отменит репетицию и ему не надо будет вставать в полдень. После этого Мюррей решает дать ему пропофол. Мюррей заявляет, что дал Майклу 25 мг пропофола. Пока Майкл лежит на кровати под действием всех лекарств, которые ему дал Мюррей, Мюррей пишет имейл страховому брокеру, в котором сообщает, что с Майклом все прекрасно.

    Далее Уолгрен затронул тему стандартов лечения. Уолгрен объяснил присяжным, что такое грубая халатность (gross negligence) и перечислил поступки Мюррея, которые можно отнести к грубой халатности:
    - Отсутствие письменной документации о стандартах лечения/возможных рисках/соглашении на лечение
    - Не позвонил в 911 (хотя это подсказывает здравый смысл)
    - Отношения работодателя и работника - то, что Мюррей не действовал в интересах Майкла, а работал ради зарплаты в 150 тысяч долларов и не принимал разумные врачебные решения.
    - Обманул парамедиков, умолчав о пропофоле
    - Обманул врачей приемного покоя, умолчав о пропофоле

    Юридической обязанностью Мюррея как врача было не навредить Майклу Джексону. Мюррей, позарившись на зарплату в 150 тысяч долларов в месяц, согласился давать ему большие объемы пропофола, пренебрегая всеми медицинскими стандартами. Мюррей оставил Майкла без присмотра 25 июня. Он накачал его лекарствами в отсутствие необходимого медицинского оборудования и реанимационного оборудования и оставил его одного. Совершенно очевидно, что Мюррей оставил Майкла тогда, когда ему была необходима его помощь.

    Ниже фотографии, которые были показаны в ходе вступительной речи обвинения.

    Капельница и пузырек с пропофол, которые Мюррей велел собрать Альваресу.


    Шприц


    Мочеприемник


    Стойка для капельницы


    Кровать


    Last edited by JMie; 28-09-2011 at 08:03 AM.

  10. The Following 5 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  11. #6
    JMie
    Guest

    Default Re: Судебный процесс. День первый - 27 сентября 2011

    Вступительная речь защиты

    Адвокат защиты Чернофф начал речь с заявления, что действия самого Майкла Джексона стали причиной его смерти. Чернофф сказал, что пока Мюррея не было в спальне, Майкл сам выпил дополнительную дозу лоразепама и пропофола, "создав в своем теле идеальный шторм, который его сразу же убил". По словам Черноффа, "он умер так быстро, что даже не успел закрыть глаза. И нет такой реанимации, врача, парамедика или оборудования, которые могли бы его спасти".

    Чернофф сказал, что Майкл готовился к турне и для него это было огромным стрессом, что ему надо было сделать эти концерты, но проблема в том, что он не мог их сделать, так как у него была проблема. Упомянул, что он не выступал 10 лет и эти шоу были ему очень нужны.

    Затем Чернофф затронул отношения Майкла с Мюрреем, описал, как они познакомились и подружились. Когда адвокат заговорил о "серьезных проблемах, которые были у Майкла Джексона", Мюррей начал вытирать слезы.

    Чернофф прокомментировал характеристику, которую дал Мюррею прокурор. Он сказал, что Мюррей вовсе не был алчным и беспринципным человеком. Напротив, он очень заботился о своих пациентах, и если они не могли расплатиться за его услуги, он лечил их бесплатно.

    Адвокат опроверг заявление прокурора о том, что предоставление Майклу пропофола было халатностью со стороны Мюррея. Чернофф сказал, что Мюррей согласился давать ему пропофол, т.к. боялся, что в противном случае он найдет лекарство где-нибудь в другом месте.

    По словам Черноффа, Мюррей хотел отучить Майкла от пропофола, и Майкл согласился попробовать. Именно этим и занимался Мюррей на той неделе, когда Майкл умер. Он дал ему половину обычной дозы ночью 22 июня, а на следующую ночь 23 июня дал вместо пропофола два других препарата.

    Чернофф сказал присяжным, что из материалов дела они узнают, что Мюррей давал Майклу пропофол в течение двух месяцев и что "свидетельства по этому делу не покажут, что Майкл Джексон умер, когда доктор Мюррей давал ему пропофол". Наоборот, по словам Черноффа, Майкл умер, "когда он перестал его давать".

    Чернофф сказал, что у Майкла была зависимость от другого препарата – демерола, который ему давал другой врач, Арнольд Кляйн, и бессоница Майкла была отчасти результатом этой зависимости.

    Адвокат сказал, что 25 мг пропофола, которые Мюррей дал Майклу, рассеялись бы в организме за 10 минут и это произошло бы до того, как Мюррей вышел из комнаты. По словам Черноффа, наука докажет присяжным, что Джексон сам принял дополнительную дозу, когда Мюррея в комнате не было. Он также сказал, что помимо пропофола Майкл принял таблетки лоразепама. Чернофф отметил, что обвинение не проверяло содержимое желудка Майкла на лоразепам, а они проверили и нашли очень большое количество.

    Чернофф очень много говорил о научных доказательствах, которые он представит суду по ходу процесса, и долго говорил об эксперте защиты, которого назвал "отцом пропофола".

    Чернофф завершил свою речь словами: "Все случившееся – большая трагедия, но свидетельства по этому делу не покажут, что это сделал доктор Мюррей. Доктор Мюррей неидеальный человек, но мы считаем, что в этом уголовном процессе он не виновен. И мы попросим вас его оправдать".

  12. The Following 5 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  13. #7
    JMie
    Guest

    Default Свидетельские показания - 27 сентября 2009 года

    Показания Кенни Ортеги


    - Ортега сообщил, что работает режиссером с 80х годов, а хореографом – с 70х. Познакомился с Майклом в 1990 году, когда тот позвал его поработать над туром Dangerous, он был партнер по созданию шоу и режиссер-постановщик. В такой же роли был занят в туре HIStory, а помимо этого отвечал за освещение и костюмы. Затем ту же работу выполнял в шоу This Is It. Майкл и Ортега поддерживали контакт в последние несколько лет жизни Майкла. О том, что Майкл хочет позвать его в This Is It, Ортеге сообщили AEG. Затем с ним связался сам Майкл. Ортега подчеркнул, что Майкл с большим энтузиазмом отнесся к This Is It и все время повторял, что для концертов наступил подходящий момент.


    - Ортега приступил к работе в апреле 2009 года. Майкл принимал активное участие в подготовке шоу.


    - Ортега сообщил, у Майкла было несколько причин, чтобы сделать шоу. Во-первых, его детям нравилась его музыка и выступления, и Майкл считал, что они достаточно выросли, чтобы оценить живое выступление. Во-вторых, он хотел сделать тур для фэнов. В-третьих, он считал, что такие песни, как Heal the World и Earth Song, сейчас актуальны так же, а может, и больше, чем во время их написания.


    - Первые репетиции проходили в Center Stages в Бербанке. Ортега, Майкл и Тревис Пейн разрабатывали общую концепцию шоу. Ортега встречался с Майклом 3-4 раза в неделю.


    - В начале июня репетиции переехали в Forum в Лос-Анджелесе. Дети Майкла не приходили на репетиции, т.к. он хотел, чтобы они уделяли максимум внимания учебе. Репетиции продолжались 5-7 часов, во второй половине дня.


    - Ортега познакомился с Мюрреем в апреле или мае 2009 года. Майкл их представил друг другу в своем доме на Каролвуд драйв. Мюррей очень редко приходил на репетиции – ни разу в Center Stages, один раз в Forum и ни разу в Staple Center.


    - В середине июня Майкл не появлялся на репетициях – последняя неделя репетиций в Форуме. Ортеге сказали, что это проблема для графика репетиций и что это "длительное отсутствие".


    - В пятницу 19 июня во время репетиции в Форуме Майклу, по словам Ортеги, нездоровилось, он плохо себя чувствовал. Его знобило, он казался "потерянным и немного заговаривался". Ортега сказал, что накормил его, укутал его в одеяло и поставил обогреватель. Майкл попросил, можно ли ему посидеть и посмотреть репетиции, и чтобы Тревис Пейн заменил его на сцене. Ортега согласился. Он подчеркнул, что никогда раньше не видел Майкла в таком состоянии. Он предложил Майклу идти домой.


    - Прокурор спросил Ортегу о письме, которое он отослал Рэнди Филлипсу из AEG Live в ночь с 19 на 20 июня. Ниже приведено письмо, (за перевод спасибо Моринен).

    "Рэнди,

    я сделаю все от меня зависящее, чтобы помочь в сложившейся ситуации. Если нужно, чтобы я приехал в дом, только позвони мне с утра. Суть моих опасений в том, что теперь, когда мы наняли Доктора, разыграли карты "суровой любви" и "сейчас или никогда", Артист может оказаться не в состоянии соответствовать требованиям в силу сильного эмоционального напряжения. Сегодня вечером он выглядел слабым и утомленным. У него был ужасный приступ озноба, он дрожал, говорил бессвязно, его мучили страхи. Чутье подсказывает мне, что ему нужно психологическое обследование. Если у нас вообще есть шанс вернуть его к свету, нам понадобится опытный терапевт, который сможет помочь ему пройти через все это, а также немедленный здоровый рацион. По словам Хореографа, во время примерки костюмов Дизайнер заметил, что Артист еще потерял в весе. Насколько я могу судить, никто не взял на себя ежедневную ответственность за него (заботу о нем). Где сегодня был его ассистент? Сегодня я кормил его, укутывал в одеяла, чтобы согреть, массировал ему ноги, чтобы успокоить, и звонил его врачу. У его двери было четверо телохранителей, но никто не предложил чашку горячего чая.
    Наконец, важно, чтобы все знали: я вижу, он очень хочет, чтобы концерты состоялись. Отмена шоу уничтожила бы его, разбила ему сердце. Он страшно напуган, что все расстроится. Сегодня он неоднократно спрашивал меня, не брошу ли я его, практически умолял меня о поддержке. Это убило меня - он был словно потерянный ребенок. Может быть, еще есть шанс, что он сможет подняться на высоту положения, если мы дадим ему помощь, в которой он нуждается.

    С уважением,
    Кенни"









    - Ортега сообщил, что 19 июня состоялась встреча с руководством AEG – Рэнди Филлипсом и Полом Гонгавером. Ортега слышал, что Филлипс и Гонгавер сказали Майклу, что если он не начнет приходить на репетиции, тур This Is It будет отменен.


    - 20 июня Ортегу просят приехать в дом Майкла на встречу с Рэнди Филлипсом, Фрэнком Дилео, Конрадом Мюрреем и Майклом. Тема встречи – Мюррей недоволен, что Ортега отправил Майкла домой. Ортега объясняет, что преждевременный уход Майкла с репетиции накануне – это не единоличное решение Ортеги. Это было совместным решением его и Майкла. Ортега описывает настроение Мюррея как рассерженное.


    - Ортега сообщил, что 21 и 22 июня репетиций не было. Затем прокурор показал запись с репетиции 23 июня – The Way You Make Me Feel. На репетиции 24 июня Майкл активно участвует в процессе. Самая последняя репетиция в жизни Майкла – песня Earth Song. Прокурор показал запись присяжным. Ортега сообщил, что в последний раз, когда они виделись с Майклом, он сказал ему, что любит его, а Майкл ответил: "Я люблю тебя еще больше".


    - Ортега сообщил, что Майкл планировал выступить с концертами This Is It не только в Лондоне. Он планировал тур по США. Он также хотел заняться кино – снять полнометражный фильм на основе "Триллера" и картину о Legs Diamond, чья история легла в основу Smooth Criminal.


    - Ортега сообщил, что 25 июня они должны были репетировать иллюзии. Майкл должен был стоять на кровати, которая бы вдруг загорелась и Майкл бы исчез и появился на подъемнике над публикой.


    - В ходе перекрестного допроса Ортега опроверг информацию о том, что он якобы сказал Карен Фей, что "дал Майклу нагоняй" ("the riot act")


    Показания Пола Гонгавера.


    - Гонгавер – один из руководителей AEG, был продюсером и промоутером This Is It.


    - Гонгавер сказал, что также работал с Майклом в турах Dangerous и HIStory.


    - Контракт был составлен на 31 концерт, потому что Майкл хотел дать на 10 концертов больше, чем Принс.


    - Сначала решили выставить в продажу билеты на 10 концертов, чтобы понять, каков спрос. Билеты были моментально распроданы. Они выставили в продажу остальные концерты, а затем увеличили число шоу до 50.


    - Майкл сказал, что даст 50 концертов.


    - Все 50 шоу были распроданы, и еще оставалось порядка 250 000 желающих купить билеты. Гонгавер сказал, что они могли бы распродать еще 50 концертов.


    - Окружной прокурор Бразил попросила Гонгавера описать гастрольное расписание Майкла. В июле 5 репетиций и 8 концертов, в августе – 10 концертов и нет репетиций, в сентябре – 9 концертов и нет репетиций, октябрь-ноябрь-декабрь нет концертов и репетиций, в январе три репетиции и 10 концертов, в феврале 10 концертов и нет репетиций, в марте три концерта и нет репетиций.


    - Бразил спросила Гонгавера о рабочей встрече на Каролвуд Драйв. Гонгавер сказал, что Майкл на нее немного опоздал, т.к. он был на приеме у Кляйна. Он показался Гонгаверу немного не таким как всегда и слегка медлительным. Он немного нечетко выговаривал слова. Но несмотря на это он принял участие в обсуждении концертов.


    - Гонгавер сказал, что в мае Майкл сказал ему нанять доктора Мюррея в качестве его личного врача. Мюррей сказал Гонгаверу, что у него 4 клиники, которые придется закрыть и уволить людей, и запросил за работу 5 миллионов долларов. Гонгавер сказал ему, что этому не бывать, и закончил переговоры. Он считал, что в Лондоне они смогут найти врача по более приемлемой цене. Но Майкл сказал, что они должны следить за работой "машины" (его тела), и настоял на том, чтобы наняли Мюррея.


    - Гонгаверу позвонил Майкл Амир Уильямс (личный ассистент Майкла), который сказал ему, что Майкл хочет, чтобы они наняли Мюррея. Гонгавер услышал, что на заднем плане Майкл сказал "предложите ему 150". Он перезвонил Мюррею и назвал цену. Мюррей принял предложение.


    - Гонгавер спросил Мюррея, каким образом он будет работать, ведь у него нет разрешения на медпрактику в Британии. Мюррей сказал ему не беспокоиться, он все устроит. Стали готовить контракт на оказание услуг.


    - Гонгавер рассказал о еще одной встрече на Каролвуд, на которой присутствовали Ортега, Дилео, Филлипс, Гонгавер, Мюррей и Майкл. Причина встречи – Ортега полагал, что морально Майкл не в том состоянии, в каком было необходимо, и что они, возможно, не готовы к шоу.


    - Гонгавер сказал, что на встрече была прекрасная атмосфера и что Майкл не оправдывался, а наоборот, активно обсуждал проблему. Они обсудили, что нужно сделать, чтобы обеспечить Майкла всем необходимым, а именно – состояние его здоровье и систему его питания.


    ***


    На этом первый день закончился.

  14. The Following 5 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  15. #8
    JMie
    Guest

    Default Судебный процесс. День 2 – 28 сентября 2011 года

    Утренняя сессия

    Продолжение допроса Пола Гонгавера.

    Прямой допрос ведет прокурор Бразил.

    Обсуждают график выступлений. С июля по сентябрь планировалось 27 концертов, потом перерыв с октября по декабрь. Потом еще 23 концерта в январе-марте.

    После окончания тура в марте они планировали добавить еще концерты, но Гонгавер подчеркнул, что на тот момент это были очень предварительные планы.

    В начале июня была встреча, на которой обсуждалось здоровье Майкла и сможет ли он вынести выступления. Присутствовали Майкл, Мюррей, Гонгавер, Дилео, Филлипс. Встреча прошла позитивно. Пол также знал о встрече 20 июня, но не присутствовал на ней.

    Гонгавер видел Мюррея на репетиции в Форуме после встречи в начале июня. Больше встреч, на которых присутствовали бы и Гонгавер, и Мюррей, не проводилось.

    Гонгавер видел репетиции 23 и 24 июня и считает, что Майкл был полон энтузиазма, энергичен, силен и активно участвовал в процессе.

    Перекрестный допрос защиты

    Защита задает вопросы об истории отношений Гонгавера с Майклом. Гонгавер сообщает, что был тур-менеджером Dangerous и нечасто виделся с Майклом. Во время History в первой части тура он работал с промоутером, а во второй был супервайзером тура и часто общался с Майклом. В туре This Is It Гонгавер работал с первых дней.

    Защита говорит о дне, когда Майкл пришел на рабочую встречу после приема у Кляйна. Гонгавер сообщил, что Майкл говорил медленней, чем обычно, и слегка растягивал слова. Гонгавер сказал, что был настороже (следил за признаками) по поводу того, принимает ли Майкл какие-нибудь препараты.

    Гонгавер описал свои отношения с Майклом как дружелюбно деловые. Если ему надо было связаться с Майклом, он встречался с ним на репетициях, если Майкл на них был. Либо искал его через Майкла Амира.

    Встреча в начале июня состоялась по просьбе Кенни Ортеги, который беспокоился, что Майкл пропускал репетиции. Гонгавер не знал, сколько клиник было у Мюррея, сколько стоили его клиники и каким именно врачом был Мюррей. Когда Гонгавер отверг цену в 5 млн долларов, Мюррей не пытался договориться о другой цене. Они полностью перестали общаться до тех пор, пока Майкл не попросил Гонгавера связаться с Мюрреем еще раз и предложить ему 150 тыс. в месяц.

    Гонгавер не знал, что Мюррей кардиолог. Он не видел окончательный вариант контракта и не знал, в течение какого срока Мюррей должен был получать 150 тыс в месяц. Гонгавер не участвовал в подготовке контракта между AEG и Мюрреем и не знает подробности об этом.

    Защита попыталась задавать вопросы о судебном иске Кэтрин Джексон против AEG, но прокурор их опротестовал, и судья поддержал протест, запретив защите об этом говорить.

    Вторичный прямой допрос обвинения

    Гонгавер не знал, что Мюррей по ночам дает Майклу пропофол. Мюррей не выразил удивления, когда Гонгавер связался с ним по поводу найма на работу. Ему не пришлось объяснять Мюррею, почему он звонит.

    Гонгавер сказал, что присутствие личного врача артиста – нормальное явление в гастрольных турах, но цена в 5 млн долларов, по его мнению, очень высока.

    Вторичный перекрестный допрос защиты

    Гонгавер позвонил другому врачу, чтобы понять приемлемую стоимость услуг личного врача.

    Майкл сказал "они должны заботиться о машине". Помимо этого медицинские нужны Майкла не обсуждались.

    Показания Кэти Джорри

    Джорри – юрист в компании Luce, Forward, Hamilton, Scripps, руководит офисом в Лос-Анджелесе.

    Ее наняла компания AEG для подготовки контракта на оказание услуг между Майклом и Мюрреем. Она начала готовить контракт в мае-июне после того, как с ней связался Тим Вули из AEG. Вули дал ей базовую информацию. Джорри отправила ему первый вариант контракта 15 июня. Вули переслал контракт Мюррею, который потом позвонил ей, чтобы его обсудить.

    По контракту началом периода найма Мюррея считался день, когда все три стороны (Мюррей, Майкл и AEG) подпишут контракт. Пока это не будет сделано, контракт считался недействительным.

    Сначала датой окончания найма Мюррея был указан сентябрь 2009 года. Мюррей позвонил Джорри и сказал, чтобы она изменила дату на март 2010 года. Она спросила Мюррея, обсуждал ли он с Майклом вопрос о том, будет ли ему выплачиваться зарплата в октябре-декабре, когда в туре будет перерыв. Мюррей сказал, что обсуждал и что Майкл готов ему платить вплоть до марта 2010 года.

    Окончательная версия контракта была подписана Мюрреем и возвращена Джорри 24 июня 2009 года.

    Джорри дважды обсуждала с Мюрреем изменения в контракте. Мюррей попросил изменить некоторые вещи. Одна из них – его услуги должны быть оплачены задним числом, начиная с мая 2009 года.

    По словам Джорри, Мюррей не хотел, чтобы его имя фигурировало в контракте. Вместо этого он хотел включить в контракт название своей компании GSA Holdings. Джорри сказала, что может добавить компанию, но его имя надо указать все равно.

    Еще одно изменение – присутствие медика в Лондоне (изначально в контракте значилась медсестра, Мюррей попросил заменить слово "медсестра" на "медик"). Джорри спросила, зачем Мюррею это нужно. Мюррей сказал, что если его не будет на месте или ему надо будет отдохнуть, другой доктор должен будет его заменить.

    В контракте был пункт о том, что Мюррей может быть уволен без предупреждения, если Майкл больше не будет нуждаться в его услугах или если тур будет отменен. Мюррей хотел внести пункт о том, что если это произойдет после даты выплаты зарплаты 15 числа каждого месяца, то он не должен будет возвращать работодателю остаток зарплаты за неотработанные дни месяца.

    18 июня Джорри говорила с Мюрреем о медицинском оборудовании, предоставление которого надо включить в контракт. Джорри хотела знать, зачем ему нужно это оборудование, включая аппаратуру для реанимации. Мюррей сказал, что когда Майкл будет выступать на О2, у него будут очень большие нагрузки. Кроме того, по словам Мюррея, надо учитывать возраст Майкла. Джорри спросила, разве на стадионе не предполагается наличие всего необходимого оборудования по умолчанию. Мюррей ответил, что не хочет рисковать. Джорри выразила Мюррею беспокойство, что у Майкла проблемы с сердцем или в целом какие-то проблемы со здоровьем. Мюррей заверил ее, что Майкл здоров. Он три раза повторил ей, что у Майкла идеальное здоровье.

    Они также обсудили, в каких регионах у Мюррея есть разрешение на работу. Он сказал – в Калифорнии, Техасе, Неваде и на Гавайах.

    Разговор 23 июня: Мюррей хотел внести дополнительные изменения в контракт. Он попросил, чтобы срок был продлен с сентября 2009 года до марта 2010 года. Начало предоставления услуг надо было изменить на 1 мая. В контракте говорилось "услуги, необходимые продюсеру". Мюррей попросил заменить слово "продюсер" на "артист". Джорри попросила Мюррея помочь ей с медицинской картой Майкла, которую надо быть предоставить страховой компании для оформления страховки на случай отмены концертов. Компания запросила медицинские данные за последние пять лет. Мюррей попросил Джорри прислать все документы в дом Майкла. Мюррей сказал, что был врачем Майкла в течение трех лет, и поскольку у Майкла было такое хорошее здоровье, его медицинская карта будет очень короткой. Джорри позднее предоставила Мюррею контакты страховой компании, чтобы он мог связаться с ними напрямую и передать все данные.

    Мюррей неоднократно говорил ей, что Майкл здоров, в прекрасном состоянии, что с ним все в порядке.

    Обвинение продемонстрировало контракт, который Мюррей прислал Джорри 24 июня. Мюррей был единственным, кто поставил подпись. Над строкой, в которой должен был расписаться Майкл, говорилось: "Нижеподписавшийся подтверждает, что он запросил Продюсера нанять доктора Мюррея от имени и за счет нижеподписавшегося".

    Контракт был между Мюрреем, AEG Live, GCA Holdings с необходимостью визы Майкла.

    Перекрестный допрос защиты

    Контракт не был подписан, и Мюррею не было сделано ни одной выплаты, по крайней мере, со стороны AEG. Мюррей должен был предоставить страхование врача на случай судебного преследования и страхование профессиональной ответственности медицинского работника.

    Мюррей сказал Джорри, что спец. оборудование ему понадобится в Лондоне. Впервые Джорри говорила с Мюрреем 18 июня. А в самом начале, когда она получила базовую информацию от Тима Вули, реанимационное оборудование уже было в списке требований.

    Защита пыталась добиться от нее, чтобы она сказала, будто оборудование должно было использоваться в доме, но она настаивала: "Мюррей сказал, что аппаратура для Майкла понадобится ему на концертной площадке. О домашнем использовании он не говорил".

    Джорри не знала, в какие часы Мюррей оказывал Майклу услуги. Она полагала, что речь идет о работе в дневное время. Она не представляла, что предоставление услуг будет по ночам.

    Медицинские данные Джорри лично не получала, но она попросила Мюррея, чтобы он все отправил страховому брокеру Бобу Тейлору, который должен был оформить страховку.

    Согласно контракту, в период работы на Майкла Джексона ему не было запрещено заниматься другой работой помимо этого.

    Действие контракта могло быть прервано по решению Майкла в любой момент. У Мюррея не было гарантий, что через месяц он все еще будет на него работать.

    Показания Майкла Амира Уильямса

    Личный ассистент Майкла. Работал на него с середины 2007 года. До этого выполнял для Майкла другую работу – занимался систематизацией его коллекции фильмов и ДВД.

    Уильямс выполнял все поручения Майкла и считал себя его другом. Он также был посредником между Майклом и охраной и служащими дома. Обычно Уильямс приезжал в дом Майкла и звонил ему, чтобы сообщить о прибытии и узнать, не нужно ли ему что-нибудь. Если в его услугах не нуждались, он находился в трейлере охраны.

    По словам Уильямса, постоянно в доме на Каролвуд проживали только Майкл и трое его детей.

    Уолгрен, ведущий допрос, показал несколько фотографий дома снаружи и изнутри.

    Уильямс описал стандартные охранные процедуры. Когда Майкл выезжал из дома, впереди ехала машина с охраной, затем машина с Майклом, водителем и Уильямсом, а за ними еще одна машина с охраной.

    У дома постоянно дежурили фэны. Если кто-либо из охранников позволял себе неуважительное отношения к фэнам, его, по словам Уильямса, моментально увольняли. Уильямс сказал, что Майкл очень любил фэнов, всегда останавливался, чтобы поприветствовать их, дать автографы и забрать подарки.

    Уильямс сказал, что хоть он и работал на Майкла, но в первую очередь он был его фэном и по возможности старался смотреть репетиции. Но обычно он всегда был занят, выполняя его поручения.

    У охраны и обслуживающего персонала было правило, что никому не позволялось подниматься на второй этаж в доме, если только об этом не просил Майкл, что случалось очень редко. Уильямс сказал, что Майкл охранял свое частное пространство, и они все это уважали.

    Уильямс познакомился с Мюрреем в 2008 году в Вегасе. До этого он видел, как в 2007 году Мюррей приходил к Майклу домой в Вегасе, но они не были представлены друг другу. В 2008 году Уильямс периодически звонил Мюррею по просьбе Майкла, когда ему или его детям нужна была консультация врача.

    Уильямс сказал, что в апреле-июне 2009 года по вечерам после репетиций и по утрам машина Мюррея была обычно припаркована возле дома – это было нормальное явление. В этот период Майкл иногда просил Уильямса позвонить Мюррею, хотя у Майкла самого был мобильный телефон.

    Уильямс сказал, что обычно они уезжали на репетиции во второй половине дня и возвращались затемно, хотя не всегда в одно и то же время. Уильямс часто звонил Мюррею перед тем, как ехать домой с репетиций, чтобы удостовериться, что он уже там.

    Уильямс сказал, что 24го июня они приехали в Стейплс Центр с опозданием – примерно в 5-6 вечера. Майкла был в хорошем настроении и очень не хотел опаздывать. Уильямс сказал, что по его мнению, репетиция 24 июня прошла отлично. "Майкл сказал мне, что обычно на репетициях он выкладывается процентов на 30-40, но, по-моему, это была отличная репетиция".

    Уильямс жил в даунтауне ЛА, и проводив Майкла домой, он поехал к себе. У Майкла была 24-часовая охрана по сменам. Они проверяли ворота, обходили территорию и располагались в трейлере.

    В 12:13 дня 25 июня Уильямсу позвонил Мюррей. Уильямс был в душе и не ответил на звонок. Но выйдя, он увидел пропущенный вызов и прослушал оставленное сообщение. В сообщении Мюррей просил его срочно перезвонить. Он перезвонил. Мюррей не попросил его позвонить в 911. Мюррей сказал "быстро приезжай и пришли кого-нибудь наверх" и добавил, что у Майкла "плохая реакция".

    Прокурор показал присяжным фотографию телефона Уильямса, а также видео с сообщением Мюррея. В сообщении говорилось: "Срочно перезвони мне. Пожалуйста, срочно перезвони. Спасибо".

    Уолгрен показывает список звонков Уильямса 25 июня.

    В 12:15 он перезванивает Мюррею, который сообщает, что у Майкла плохая реакция, и просит прислать кого-нибудь наверх. Уильямс сказал, что Мюррей не просил его позвонить в 911.

    Поговорив с Мюрреем, он позвонил Фахиму Мохамеду в 12:16 и велел ему идти наверх. Фахим сказал, что он уехал по делам в банк. Уильямс велел ему срочно возвращаться.

    Затем идут три звонка Уильямса Альберто Альваресу, на которые тот не ответил. Тогда он позвонил другому охраннику Дереку Кливленду, до которого он тоже не дозвонился. Потом он все-таки связался с Альваресом и велел ему бежать в дом. Дверь открыла няня. Альварес спросил у Уильямса подтверждения, что ему разрешено зайти в дом и подняться на второй этаж. Вскоре после этого Альварес бросил трубку.

    Уильямс: "Я туда доехал примерно за 30-40 минут". Когда он приехал, парамедики несли вниз носилки с Майклом.

    Дети Майкла были в машине, которая ехала в больницу следом за скорой. Уильямс сказал, что Мюррей был в панике. Мюррей поехал в карете Скорой помощи. По приезду в больницу Уильямс закрыл детей своим пиджаком и провел их вместе с няней в отдельную комнату. У двери поставили охрану. Уильямс ждал в коридоре рядом с комнатой, где врачи пытались спасти Майкла. Постепенно начали подъезжать люди – менеджер и семья. Потом им сообщили, что Майкл умер.

    После того, как сказали о смерти Майкла, Мюррей спросил Уильямса, может ли он или кто-то другой отвезти его обратно в дом, чтобы он мог забрать крем, который Майкл бы не хотел, чтобы увидели посторонние. Уильямс сказал "сейчас узнаю". Он поговорил с Фахимом Мохамедом. Он сказал Фахиму, что скажет Мюррею, будто ключи от машины забрала полиция.

    Потом Уильямс пошел к Мюррею и все это ему сказал. И Мюррей попросил, чтобы его отвезли куда-нибудь поесть, т.к. он голодный. Уильямс отказался.

    Потом Уильямс вернулся к Фахиму и велел ему позвонить на Каролвуд и приказать охране запереть дом и никого не впускать и не выпускать.

    После разговора про еду Уильямс Мюррея не видел. Уильямс позднее дал полиции его координаты. После того, как объявили о смерти Майкла, Уильямс и телохранители сели в машины и уехали, чтобы сбить со следа прессу и дать возможность Джексонам спокойно уехать из больницы. Пока они ездили по улицам, Уильямсу позвонили и попросили приехать на Каролвуд. Там Уильямс поговорил с полицией.

    По словам Уильямса, наличие в доме кислородных баллонов было нормальным явлением. Охрана обычно заносила баллоны в дом.

    Перекрестный допрос защиты.

    Защита спросила, когда впервые Уильямс рассказал полиции про крем, было ли это в августе 2009 года. Он сказал, да.

    Уильямс опровег слова защиты, что ложь насчет того, что ключи от машины забрала полиция, они придумали вместе с Фахимом. Он подчеркнул, что просто сообщил Фахиму, что собирается Мюррею это сказать, и Фахим ответил "делай, как считаешь нужным".

    Уильямс сказал, что и в больнице, и в доме Майкла было очень много полиции. Полиция спросила его о событиях дня. Уильямс сказал, что его первый разговор с полицией не был детальным.

    Уильямс сказал, что обычно общался с Майклом несколько раз в день. Защита возвращается к 2007 году, когда Уильямс впервые увидел Мюррея. Уильямс сказал, что просто видел, как Мюррей вошел в дом Майкла и что ему неизвестно, как Майкл и Мюррей познакомились.

    Защита упомянула телефонные разговоры между Уильямсом и Мюрреем 25 июня. Показалось ли Уильямсу, что ситуация чрезвычайная? Уильямс: "Когда я слышу, что у кого-то плохая реакция, у меня лично не возникает мысли, что речь идет о жизни и смерти. Мне не сказали звонить в 911. Он сказал мне, что надо сделать, и я сделал то, что мне велел врач – кого-нибудь туда быстро прислать".

    Обычно охрана дежурила на территории круглосуточно. По два охранника в смену. Ворота всегда были под наблюдением. Родственников Майкла пускали внутрь только с его разрешения.

    (перерыв на обед)

  16. The Following 5 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  17. #9
    JMie
    Guest

    Default День 2 -28 сентября 2011 года. Послеобеденная сес&am

    Показания Майкла Амира Уильямса. Перекрестный допрос ведет Эд Чернофф

    В целом, Чернофф задал очень много бессмысленных вопросов, по несколько раз спрашивая одно и то же. Ниже приводится только существенная информация.

    Уильямс сообщил, что в ночь на 25 июня он уехал от Майкла полночь или в час ночи. Чернофф спросил, было бы для Уильямса необычным находиться на Каролвуд в 12 часов дня в рабочий день недели, и Уильямс сказал, что нет. Чернофф затем говорит, что Мюррей сказал "Пришли наверх охрану", и Уильямс его поправляет, что нет, он сказал "пришли наверх кого-нибудь". Он говорит, что звонил Альберто Альваресу, Фахиму Мохамеду и еще одному охраннику по имени Дерек.

    Зачем Чернофф и Уильямс проходятся по карте дома на Каролвуд и обсуждают, куда какая дверь ведет.

    Чернофф спрашивает Уильямса, если бы Мюррей велел ему позвонить в 911, позвонил бы он. Он говорит, что да. Чернофф спрашивает, а если бы он получил от Мюррея сообщение по голосовой почте с просьбой позвонить в 911, позвонил бы он? Уильямс говорит, что да, позвонил бы в 911 и после этого позвонил бы Мюррею. Обсуждение этого вопроса продолжается довольно долго. Потом Чернофф спрашивает, обычно или необычно было для Мюррея позвонить Уильямсу и попросить, чтобы тот прислал кого-нибудь наверх.

    Чернофф возвращается к вопросу, нормальным ли для Уильямса было находиться на Каролвуд в полдень (потому что в тот день его там в это время не было). Чернофф говорит, что Уильямс сначала позвонил Фахиму, а затем Альваресу (общее замечание - вообще, Чернофф в ходе своих допросов повторяет очень много уже сказанной информации, причем еще и перефразирует ее по несколько раз). Уильямс знаком с Фахимом десять лет, а Альваресом пять лет. Альварес начал работать на Майкла в 2008 году.

    Чернофф спрашивает об охранной фирме Security Measures. Уильямс говорит, что их наняли в 2008 году. Именно Уильямс свел Security Measures с Майклом.

    После смерти Майкла Уильямс сел в синий Escalade вместе с Альваресом и Фахимом. Они планировали отвлечь прессу, чтобы остальные могли уехать из больницы.

    Чернофф спросил Уильямса, где он находился, когда давал показания полиции в августе 2009 года, через 2 месяца после смерти Майкла. Чернофф пытается узнать, были ли с Уильямсом во время дачи показаний Фахим и Альварес. Уильямс говорит, что не помнит. Он также говорит, что не помнит, говорил ли с кем-то из них о Майкле и его смерти за эти два месяца.

    Уильямс говорит, что встреча с полицией была отложена до августа, потому что ее отложила сама полиция. Чернофф говорит: "Что ж, это интересно, но я хочу узнать, говорили ли вы..." И в этот момент судья Пастор прерывает: "Оценивающие комментарии неприемлемы для обеих сторон"

    Чернофф спрашивает, снял ли Уильямс на видео голосовое сообщение, которое ему оставил Мюррей 25 июня. Чернофф спрашивает, кто помог ему снять это видео. Уильямс говорит, что да, он сделал видео и ему помогла жена. Чернофф спрашивает, получал ли он другие сообщения в тот день, и Уильямс говорит, что да, получил очень много. Чернофф – получал ли он сообщения от Альвареса и Фахима, Уильямс говорит, что не помнит.

    К моменту смерти Майкла, Уильямс проработал на него примерно два года. Будучи его личным ассистентом, он делал все, что тот ему поручал. Уильямс говорит, что у Майкла был свой телефон, но если кому-то надо было связаться с Майклом (за исключением близких друзей, которые знали его номер), то обычно они звонили Уильямсу.

    Чернофф спрашивает, ездил ли он в аптеку за лекарствами по рецептам для Майкла и детей. Уильямс говорит, что да. Он также говорит, что сопровождал Майкла к Кляйну. Чернофф спрашивает, слышал ли Уильямс запись, которую ставил прокурор накануне. Тот слышал случайно по тв. Чернофф спрашивает, как по мнению Уильямса, после походов к Кляйну, не говорил ли Майкл медленней, чем обычно. Уильямс говорит, что да, такое бывало, но никогда до такой степени как на записи.

    Чернофф спрашивает, делился ли Майкл информацией о своем здоровье с Уильямсом, он говорит, что нет. Чернофф спрашивает, звонил ли когда-нибудь Уильямс по просьбе Майкла доктору Дэвиду Адамсу. Тот говорит, что имя ему знакомо, но точно он сказать не может. Чернофф спрашивает, не помнит ли он, звонил ли он Адамсу в Вегасе, тот не уверен.

    Чернофф спрашивает, как долго Уильямс пробыл в доме на Каролвуд 25 июня. Уильямс – несколько часов, он поговорил с полицией и подождал, пока приедут родственники Майкла. Чернофф говорит, что вся охрана была заменена на новую, и Уильямс это подтверждает. Чернофф спрашивает, удивило ли его это, он говорит, что нет. Говорит, что позвонил либо Френку Дилео, либо Рэнди Филлипсу, чтобы уточнить насчет новой охраны.

    Вторичный прямой допрос. Уолгрен.

    Уолгрен спрашивает о замедлении речи Майкла после визитов к Кляйну. Уильямс говорит, что это не было необычным, но при этом и не каждый раз.

    Уолгрен спрашивает о записи, сделанной Мюрреем. Уильямс говорит, что увидел ее по тв, случайно наткнулся в новостях. Уолгрен спрашивает, видел и слышал ли Уильямс когда-нибудь Майкла в таком состоянии. Он говорит: "Никогда. До такой степени никогда". Уолгрен спрашивает, шокировала ли его эта запись. Уильямс: "Да, ее было грустно услышать".

    Вторичный перекрестный допрос. Чернофф

    Чернофф спрашивает, звонил ли Уильямс когда-нибудь Шерилин Ли по просьбе Майкла, тот говорит, что да. Чернофф – звонил ли он когда-нибудь ей из-за того, что Майклу нездоровилось. Уильямс говорит, что Фахим однажды ей звонил, когда Майкл плохо себя чувствовал.

    Показания Фахима Мохамеда

    Прямой допрос. Уолгрен.

    В июне 2009 года Фахим работал главой охраны Майкла уже примерно 10 месяцев. В его обязанности входило обеспечение охраны дома Майкла и его детей, а также охрана, когда Майкл из дома выезжал. Он обычно находился в трейлере рядом с домом. По рабочим вопросам обычно общался с Уильямсом, а не напрямую с Майклом. Сначала был нанят шофер, а потом повышен до главы охраны.

    Мюррея видел ежедневно и знает, что тот каждый день ночевал в доме, но подробностей не знал. Говорит, что видел кислородные баллоны в трейлере охраны. Мюррей приносил их к черному входу, а охрана заносила в трейлер.

    24 июня Фахим отвез Майкла в Стейплс центр примерно в 7 вечера. С ними был Уильямс. Там была подземная парковка, где их обычно встречал Альварес и на гольф-мобиле отвозил в раздевалку Майкла. Обязанностью Фахима было расставить охрану у дверей, но у него была возможность частично посмотреть репетицию. Сказал, что это была отличная и очень энергичная репетиция. Уехали из Стейплс примерно в полночь. Возле Стейплс и перед въездом в ворота своего дома Майкл останавливал машину, чтобы поприветствовать фэнов. По словам Фахима, они приехали домой около часа ночи. Обычно охрана заносила подарки фэнов в дом, потом Майкл с ними прощался и они уходили в трейлер. В трейлере у охраны было обычное обсуждение итогов дня, после чего Фахим ушел домой.

    25 июня Фахим приехал на Каролвуд примерно в 11:45. Потом уехал по делам в банк, где ему и позвонил Уильямс, сказавший, что у Майкла плохая реакция и надо бежать наверх. Фахим сказал ему, что он не в доме, но он тотчас вернется, что он и сделал.

    Фахим вернулся в дом, позвонил Уильямсу уточнить разрешение войти и подняться на второй этаж. После этого он поднялся и вошел в комнату, где был Майкл.

    Уолгрен спросил, что он увидел, когда вошел. Он увидел Альвареса, который ходил по комнате, увидел стопы Майкл, лежащего на кровати. Подойдя ближе, он увидел Майкла, лежащего на дальней от двери половине кровати и рядом с ним – Мюррея.

    Альварес сказал Фахиму, что дела плохи. Фахим сообщил суду, что было похоже, что Мюррей делает массаж сердца (CPR). Мюррей нервничал и был весь потный. Фахим сказал, что потом увидел лицо Майкла. Его глаза были открыты, рот слегка приоткрыт. И на вопрос Уолгрена сказал, что Майкл выглядел как мертвый. Фахим сказал, что не видел, чтобы к Майклу было подсоединено какое-либо мед. Оборудование.

    Потом Фахим увидел, что Принс и Пэрис были в дверях комнаты. По словам Фахима, Принс "тихо плакал", а Пэрис "плакала, свернувшись в клубок на полу". Фахим позвал няню, и они увели детей вниз. Потом Фахим вернулся наверх.

    Мюррей спросил, знают ли они, как делать CPR, и Альварес начал ему помогать. Фахим спросил, вызвали ли 911. Альварес сказал, что да. Фахим пошел вниз готовить машины. Приехали парамедики. Фахим проводил их в комнату и остался там, пока они работали. Он уходил только дважды, чтобы посадить детей в машину и сообщить охране, что они скоро уедут и приготовиться к появлению папарацци.

    Фахим сказал, что видел в комнате стойку для капельницы, но больше никакого мед. Оборудования не видел.

    Они поехали на машине в больницу следом за скорой. Когда они приехали, папараццы были уже там. Они сняли пиджаки, чтобы заслонить Майкла, чтобы его не смогли сфотографировать. И провели в больницу детей. Фахим поговорил с персоналом о скором приезде семьи и о том, чтобы никто посторонний не смог пробраться внутрь.

    Фахим рассказал, как Уильямс обсудил с ним просьбу Мюррея поехать в дом за кремом. Сказал, что они согласились между собой, что Мюррея в дом пускать нельзя. Сказал, что Уильямс придумал ложь про ключи.

    Фахим сказал, что потом Мюррей хотел уйти из больницы, т.к. проголодался. Фахим сказал ему, что в больнице есть кафе.

    Фахим сказал, что помнит, что в комнате, где Майкл умер, была стойка для капельницы. Он не помнит, была ли там капельница, но стойку помнит очень хорошо.

    После разговора с Мюрреем Фахим пошел в комнату, где были дети Майкла. По словам Фахима, дети в тот момент собирались пойти к Майклу. Позднее Фахим уехал из больницы с Уильямсом, Альваресом и, возможно, еще одним охранником Исааком, но он не уверен. Фахим сказал, что не помнит, куда они ехали, но позвонила полиция и попросила охрану приехать на Каролвуд. По словам Фахима, 25 июня они поговорили с полицией.

    Во второй раз Фахим давал показания полиции в августе 2009 года.


    Перекрестный допрос. Чернофф
    Defense Cross Examination - by Chernoff

    Фахим сообщил, что из дома на Каролвуд его забрала жена. Фахим сказал, что Мюррей просил его отвезти его в дом, а потом поесть, но он отказался. Когда Фахим уезжал с Каролвуд, машина Мюррея все еще стояла рядом с домом.

    Фахим сказал, что видел, как Мюррей ушел из больницы, но не знает, во сколько это было.

    Фахим сказал, что впервые сказал полиции про просьбы Мюррея о еде и о том, чтобы ехать из больницы, в августе. Фахим давал показания в офисе своего адвоката. Чернофф несколько раз спросил, были ли там Альварес или Уильямс, или видел ли их Фахим до или после дачи показаний. Фахим сказал, что видел в офисе адвоката Альвареса.

    Фахим сказал, что знаком с Уильямсом 10 лет.

    Сказал, что сопровождал Майкла к Кляйну, иногда Майкл уходил оттуда не совсем в себе, временами персонал Кляйна поддерживал его и помогал дойти до машины. По словам Фахима, Майкл однажды сказал ему: "Наверное, ты думаешь, что я спятил, раз так часто езжу к Кляйну." Майкл сказал, что ездит к Кляйну, потому что врачи сказали, что ему это необходимо из-за кожной болезни.

    По словам Фахима, в течение месяца до смерти Майкла, единственным врачом, который приходил в дом, был Мюррей.

    Фахим знает, кто такая Шерилин Ли и что ее нанимали из-за детей. Фахим звонил ей по просьбе Майкла. Чернофф вспоминает, что Уильямс говорил, что Фахим ей звонил, когда одна рука у Майкла была горячая, а противоположная нога холодная. Фахим сказал, что, кажется, оставил ей сообщение, но потом с ней поговорил, но сам разговор не помнит.

    Чернофф спросил, говорил ли Фахим полиции, что Мюррей помогает Майклу заснут. Фахим говорит, что да, ходили такие слухи. Чернофф спросил, все ли об этом знали. Фахим – я не могу знаю, что думают другие люди, охрана между собой такие вещи не обсуждала.

    Фахим сказал, что обычных телефонов в доме не было, только мобильные.

    27 июня Фахим помог полиции забрать записи камеры наблюдения, но не помнит, что именно было на записи. Также не помнит, велась ли запись с камеры у входа в дом.

    Вторичный прямой допрос. Уолгрен.

    Фахим говорит, что когда давал показания в августе, то был в комнате один с адвокатом и следователем. Альвареса и Уильямса в комнате не было.

    Шерилин Ли – диетврач и другими медицинскими вопросами не занимается.

    ***

    (простите за ошибки, текст не вычитан)
    Last edited by JMie; 29-09-2011 at 05:50 PM.

  18. The Following 5 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  19. #10
    JMie
    Guest

    Default Судебный процесс. День 3 – 29 сентября 2011 года

    Утренняя сессия

    Показания Альберто Альвареса

    Прямой допрос. Прокурор Уолгрен

    Июнь 2009 года. Альварес сообщает, что работал на Майкла Джексона, был директором логистики, а также в его обязанности входило проверять до прибытия Майкла на репетиции, что там все готово к его приезду.

    Периодами работал на Майкла с 2004 года. В последний раз его наняли в декабре 2008-январе 2009. По словам Альвареса, хорошая работа с хорошей зарплатой.

    Охрана обычно располагалась в трейлере рядом с большим домом, внутрь заходили только, если их звали. Было два вида охраны – личная охрана Майкла и охрана территории. Личная охрана – Уильямс, Фахим, Альварес, Исаак и Дерек.

    Впервые Альварес увидел Мюррея в январе 2009 года в Каролвуд. В апреле-июне видел его 5-6 раз в неделю. Знал, что Мюррей остается в доме на ночь. Знал про кислородные баллоны. Время от времени видел, как Мюррей выносит из дома пустые баллоны и уносит внутрь полные.

    24 июня 2009 года. После 5 вечера отвезли Майкла на репетиции. Альварес удостоверился, что в его раздевалке все было готово (к примеру, температура в помещении), проверил охрану в здании. Майкл приехал примерно в 6.30-7.00 вечера. Альварес встретил Майкла и на машине для гольфа отвез его в раздевалку. Майкл был в очень хорошем настроении. Альварес находился за сценой. Иногда выглядывал, чтобы посмотреть репетицию. По его мнению, она прошла очень хорошо. После репетиции точно так же вернулись домой, Майкл был по-прежнему доволен. Когда приехали на Каролвуд, машина Мюррея была уже припаркована. Майкл ушел в дом, они помогли с подарками. Майкл сказал им спокойной ночи.

    Выложив подарки, они проверили входную дверь и ушли в трейлер для обсуждения прошедшего дня. Потом они ушли по домам, осталась только охрана территории.

    25 июня Альварес приехал на Каролвуд в 10.15 утра. Он сел в трейлере и стал ждать инструкций. Он просидел в трейлере до 12.15.

    Обсуждают телефонные звонки. Четыре телефонных звонка между Альваресом и Уильямсом, когда не могли дозвониться. Еще один звонок от Уильямса Альваресу, наконец-то дозвонились.Уильямс спросил его, где он находится, велел ему идти в большой дом, не проявляя при этом суеты и не сея панику. Уильямс спросил, идет ли он, Альварес сказал да, Уильямс велел ему бежать. Альварес подошел к входной двери, она заперта. Ему открыла няня. Пока он ждал, через стеклянную дверь увидел в помещении няню Розалинд, Пэрис, повара Кей Чейз и Мюррея на втором этаже. Мюррей обеими руками опирался на перила и смотрел вниз.

    Альварес сказал Уильямсу, что он вошел в дом. Тот велел ему бежать на второй этаж. Принс был на втором этаже, шел в противоположном направлении по сравнению с Альваресом.

    Уолгрен показывает фотографии и схему дома и спросит Альвареса показать, где стоял Мюррей и все остальные и описать помещения.

    Альварес сообщил, что до этого поднимался наверх только дважды за все время работы, чтобы проводить парикмахера Майкла.

    Мюррей сказал ему: "Альберто, иди сюда быстрей", и он понял, что ситуация серьезная. Прекратил разговор с Уильямсом и прошел в комнату следом за Мюрреем.

    Альварес увидел, что Мюррей делает Майклу массаж грудной клетки. Он увидел, что Майкл лежит на спине с разведенными в стороны руками ладонями вверх, глаза и рот открыты. Голова немного повернута налево. Мюррей делал массаж одной рукой (левой).

    Мюррей сказал Альваресу, что Майкла надо отвезти в больницу. Альварес шел к кровати и опустил руку в карман, где лежал телефон. Принс и Пэрис зашли в комнату следом за ним. Пэрис выкрикнула "папа!", она плакала. Мюррей сказал: "Нельзя, чтобы они видели отца в таком состоянии". Альварес вывел детей из комнаты и сказал, что все будет в порядке и чтобы они не беспокоились.

    Вернувшись, Альварес спросил Мюррея, что произошло. Мюррей сказал "у него была плохая реакция". Альварес стоял у изножья кровати.

    Альварес увидел некий пластиковый прибор, надетый на половой орган Майкла для сборки мочи. Сейчас Альварес знает, что это наружный мочевой катетер. Альварес не видел никакого оборудования для мониторинга состояния пациента и для вентиляции легких. Увидел только прозрачную пластиковую кислородную трубку у Майкла в носу. Увидел стойку для капельницы.

    Мюррей собрал флаконы с тумбочки у кровати и попросил Альвареса сложить их в мешок. Альварес протянул мешок, и Мюррей бросил туда флаконы. Мюррей велел Альваресу положить этот мешок в другой мешок – коричневый. Потом Мюррей велел Альваресу снять медицинский мешок с капельницы и положить его в синий мешок. Альварес говорит, что в мешке для физраствора был какой-то флакон.

    Уолгрен: "Почему вы следовали всем этим инструкциям?" Альварес: "Я был уверен, что Мюррей делает все возможное для Майкла. Я не подвергал сомнению его врачебный статус. Я думал, что мы собирались в больницу".

    У стойки для капельницы было два крючка. На одном был мешок с физраствором. Мюррей не просил убрать его. Альваресу велели убрать только мешок, в котором был флакон. Альварес увидел некую белую жидкость на дне этого мешка.





    Уолгрен показывает фотографии мешка из-под физраствора Альваресу. Мешок разрезан. Альварес говорит, что 25 июня этот разрез не видел. Уолгрен показывает разрез присяжным. Потом Уолгрен показывает пустой флакон из-под пропофола на 100 мл. Затем он засовывает флакон в мешок через разрез и показывает Альваресу и присяжным.

    "

    Утренний перерыв

    Альварес говорит, что все это произошло очень быстро. По словам Альвареса, он выполнял инструкции Мюррея.

    Прокурор проигрывает запись звонка в 911. Альварес с трудом сдерживает слезы.

    Альварес и Мюррей переложили Майкла на пол. Альварес видел прозрачную пластиковую трубку, идущую от мешка на стойке для капельницы к ноге Майкла. Мюррей убрал ее, когда они переложили Майкла. Мюррей достал из сумки пульсоксиметр и надел его на палец Майкла.



    Альварес говорит, что за несколько дней до 25 июня Мюррей спросил у охранников, нет ли у кого-нибудь пальчиковых батареек. Альварес увидел у Мюррея в руках этот предмет и спросил, что это такое. Мюррей сказал, что это кардиомонитор (для слежения за работой сердца).

    В комнату пришел Фахим. Альварес сказал ему "дела плохи". Мюррей спросил, знает ли кто-нибудь, как делать искусственное дыхание. Альварес и Фахим переглянулись. Альварес пошел помогать Мюррею делать искусственное дыхание. Альварес начал делать массаж сердца двумя руками. Уолгрен спросил, откуда он знает, как правильно делать массаж. Альварес сказал, что научился, когда был пловцом. Мюррей делал дыхание рот-в-рот. Мюррей сказал: "Я впервые в жизни делаю рот-в-рот. Но нужно, потому что он мой друг". Альварес продолжал делать массаж сердца. Вскоре приехали парамедики и сменили их. По словам Альвареса, Майкл не проявлял признаков жизни.

    Парамедики переместили Майкла со боковой стороны кровати к изножию (на полу). Альварес дважды спускался вниз – проверить, как дети, и встретить Уильямса, когда тот приехал. Когда парамедики несли Майкла вниз, Альварес пытался отвлечь детей, чтобы они не увидели отца в таком состоянии.

    В больнице UCLA Альварес умолял папарацци оставить их в покое и закрыл Майкла от фотографов, когда они заходили внутрь. Мюррей подошел к Альваресу поблагодарить за помощь, Альварес сказал: "Мы сделали все, что смогли". В тот момент Альварес ни в чем Мюррея не подозревал. Альварес был первым, кому Мюррей сказал, что голоден, и попросил отвезти его куда-нибудь поесть. Альварес ему не ответил, и он пошел просить Уильямса. В последний раз Альварес видел Мюррея рядом с кабинетом неотложной помощи, Мюррей сказал тогда: "Я хотел, чтобы он выкарабкался".

    Альварес и другие охранники уехали из больницы, после того как Майкла забрал к коронеру. Они вернулись на Каролвуд, там уже была полиция. Они остались на территории рядом с домом, внутрь не заходили. Поговорили с полицией. Потом Альвареса попросили отвезти собаку детей Кенью в Хейвенхерст, и он уехал.

    С момента смерти Майкла пресса примерно 20-30 раз обращалась к Альваресу с просьбами об интервью. Ему предлагали за интервью 200-500 тысяч долларов, но он отказался. Альварес сказал, что смерть Майкла очень отрицательно сказалась на его собственной жизни. Он потерял полноценную работу с прекрасной зарплатой и сейчас находится в очень плохом финансовом положении. Сказал, что практически нет средств к существованию.

    Альварес сказал, что на вопросы полиции отвечал настолько честно, насколько мог.

    Перекрестный допрос. Чернофф.

    После предварительных слушаний Альварес нарисовал мешка для капельницы. Защита показывает другой рисунок, сделанный для полиции. Альварес не помнит, рисовал ли он его. Защита спрашивает, почему Альварес никогда раньше не упоминал утолщение на мешке (похожее на крышку, куда втыкается иголка). Чернофф говорит, что сегодня в мешке нет никакой белой жидкости.

    Рисунок, сделанный ранее для полиции



    Чернофф спрашивает, есть ли вероятность того, что Альварес перепутал последовательность событий. Альварес говорит, что это невозможно. Чернофф спрашивает, возможно ли, что Мюррей попросил Альвареса собрать флаконы после звонка в 911 и после того, как приехали парамедики, но перед тем, как все уехали в больницу. Альварес говорит, что нет.

    Защита проходится по звонкам Альвареса и тому, как Альварес дошел до дома. На тот момент Альварес понимал, что что-то случилось, но не знал, что это связано с Майклом. Защита спрашивает, что Альварес сделал, войдя в дом. Он повторяет то, что только что сообщил обвинению. Сказал, что был шокирован, когда вошел в комнату. Чернофф записывает последовательность событий со слов Альвареса на большом мольберте. Присяжным ничего не видно. Защита продолжает перечислять события, в какой-то момент Чернофф ссылается на показания Альвареса в ходе предварительных слушаний (в январе). Чернофф спрашивает о звонке 911 и том, как собирали флаконы в мешок. Большинство вопросов о том, позвонил ли он уже в 911 и каким образом Мюррей собирал флаконы.

    В какой-то момент прокурор говорит, что мольберт надо повернуть, чтобы свидетелю было видно, что пишет защита. Но когда его поворачивают, становится не видно присяжным. В итоге решают сделать обеденный перерыв, после которого защита больше не будет использовать мольберт, а воспрользуется проектором, который, по словам судьи, специально находится в зале суда и предназначен как раз для таких целей.

    Обеденный перерыв

    Послеобеденная сессия

    Защита продолжает перекрестный допрос

    Продолжает обсуждать последовательность событий, описанную Альваресом. Чернофф записывает все на листке бумаги.

    Чернофф спрашивает, каким образом Альварес снял мешок с флаконом внутри со стойки для капельницы. Альварес говорит, что взялся рукой за верхнюю часть мешка и снял. Впервые Альварес рассказал полиции, что снял мешок, в августе 2009 года – на втором допросе. В то же время полиция сняла его отпечатки пальцев.

    Чернофф снова спрашивает, не ошибся ли Альварес в последовательности событий. Он говорит, что нет.

    Альварес (глядя на транскрипт звонка в 911) указал, в какой именно момент они перекладывали Майкла с кровати на пол. Оператор говорит ему "давайте переложим его на пол", и Альварес так и сделал. Сказал, что они положили его на пол во время разговора с 911. Альварес сказал, что прижал телефон к уху плечом. Чернофф проигрывает звонок, и Альварес указывает на момент, когда они положили Майкла на пол.

    Альварес пояснят сделанный им рисунок. Говорит, что там была коробка, из которой торчал провод, НЕ иголка.



    Чернофф говорит о просьбах прессы об интервью. Альварес говорит, что пресса обращалась к нему до того, как он дал показания полиции в августе 2009 года. Чернофф говорит, что в июньских показаниях он не упоминает почти ничего, о чем позднее рассказал полиции в августе.

    Чернофф показывает видео Альвареса в больнице. Он ждал возле комнаты, где находилось тело Майкла, после того как было объявлено, что он умер. Чернофф говорит, что там было много полиции и рассказал ли Альварес кому-нибудь из них про собранные в мешок флаконы. Альварес говорит, что нет. Альварес разговарил с полицией в больнице.

    Совещание между судьей, обвинением и защитой

    Телохранители вернулись в Каролвуд, поговорили со следователями. Чернофф показывает фотографии, сделанные возле дома. Просит Альвареса назвать людей на фотографиях. Чернофф опять спрашивает, рассказал ли Альварес полиции про флаконы. Альварес говорит, что нет.

    Чернофф говорит про мешок с физраствором и спрашивает, был ли он подсоединен к Майклу. Альварес – да. Чернофф спрашивает, был ли мешок подсоединен еще к чему-нибудь. Альварес – нет.

    Альварес видит репортаж по CNN о найденных уликах и видит запись, как следователи выносят из дома синий мешок. Альварес услышал в новостях про пропофол, там сказали, что он белого цвета. По словам Альвареса, именно тогда он понял, что именно это он и видел в комнате Майкла и что ему надо рассказать об этом полиции.

    Чернофф спрашивает у Альвареса о работе. Альварес говорит, что не может найти постоянную работу. История трудоустройства Альвареса у Майкла: в 2004 году работал на него 6 месяцев, потом несколько месяцев в 2007 году в Вегасе, в 2008 году два-три месяце в Вегасе. После смерти Майкла Альварес работал на семью Джексонов. Альварес периодически звонил узнать, как дела у детей Майкла, и в какой-то момент ассистент Кэтрин сказал, что его могут нанять охранником для Джексонов. Этот разговор был в ноябре 2009 года. В течение нескольких месяцев в 2010 году он на них работал. Чернофф пытается спросить, на каких еще знаменитостей он работал.

    Протест со стороны обвинение. Судья подзывает их к себе

    Чернофф спрашивает Альвареса о его отношениях с Мюрреем, были ли они друзьями. Чернофф пытается задать вопросы о том, зачем бы Мюррею понадобилось прятать улики с помощью Альвареса.

    Обвинение протестует. Судья поддерживает протест.

    Вторичный прямой допрос. Уолгрен.




    Уолгрен проходится по списку, который написал Чернофф (последовательность действий Альвареса). Спрашивает Альвареса, правда ли то, что большинство этих событий происходили в одно и то же время и вытекали одно из другого. Уолгрен задает вопросы очень быстро. Судья Пастор просит его притормозить, потому что клерк не успевает записать. Судья шутит, что ему видно, как идет пар.

    Вторичный перекрестный допрос. Чернофф

    Спрашивает, делал ли Альварес все это очень быстро. Альварес, говорит, что да, он действовал быстро и что он очень расторопный (дословно – работает с высоким КПД). В зале слышел смех.

    Показания Кай Чейз

    Прямой допрос ведет прокурор Бразил



    Чейз – профессиональный повар. С марта 2009 года работала на Майкла. В ее обязанности входило говорить еду для Майкла и детей. Она выяснила, что они любят и что не любят. Она покупала еду. Говорит, что ей нравилось работать на Майкла и детей. На работе Чейз носила униформу – поварской пиджак и фартук с двумя карманами. Чейз говорит, что следила за временем, потому что ей надо было готовить к определенному времени и все должно было подаваться на стол вовремя. В кармане ее фартука всегда лежал мобильник, по которому на следила за временем.

    Работала шесть дней в неделю, кроме воскресений. Приходила в восемь утра и готовила завтрак для детей. Потом готовила завтрак и сок для Майкла. Он ел мюсли, вегетарианские омлеты и пил соки. Здоровое питание было очень важным для Майкла и детей. Чейз видела, как Майкл ел вместе с детьми. "Мне казалось, что у Майкла очень тесные и любящие отношения с детьми. И он казался очень счастливым, когда был с ними".

    Перерыв 15 мин

    24 июня 2009 года. Приехала около 8.30 утра. Приготовила завтрак для детей. Приготовила для Майкла свекольный сок (свекла, сельдерей, аблоко, морковь). По утрам Чейз обычно видела Мюррея, он приходил на кухню. Иногда он спускался, чтобы отнести Майклу сок, а иногда уходил через кухонную дверь. В тот день Мюррей сказал, что Майкл скоро спустится и что он будет обедать с детьми. Потом Мюррей ушел в другую часть дома.

    Чейз видела Майкла 24 июня. Они поговорили. Майкл спросил про обед, он улыбался. Чейс говорит, что он был доволен, т.к. собирался обедать вместе с детьми. Она приготовила салат из тунца, чтобы Майкл мог взять его с собой на репетицию. На ужин она приготовила суп из белой фасоли. Чейз также приготовила еду для Мюррея. Чейз приготовила ужин для детей. Ушла домой в десять вечера.

    25 июня. Приехала в 8.00-8.30. Приготовила завтрак для детей. Суп, приготовленный накануне, стоял в холодильнике нетронутый. Она начала готовить завтрак для Майкла. Приготовила мюсли с миндальным молоком. Обычно дети говорили Чейз, когда подавать Майклу завтрак. В 9:45 она ушла на рынок. Вернулась в 10:30. Все казалось таким же, как когда она уходила. Дети играли, звучала музыка. Чейз начала готовить обед.

    Майкл всегда обедал в 12:30. То же самое ожидалось и 25 июня. Она готовила салат из шпината с грудкой индейки. Всегда готовила для Майкла свежевыжатый сок. В тот день Мюррей за соком не спустился.

    Мюррей спустился и пришел в кухню примерно в 12:05-12:10. Чейз говорит, что Мюррей нервничал и кричал. Он выкрикнул: "Зови помощь, зови охрану, зови Принса". Чейз бросила свои дела и побежала за Принсом, который был в комнате рядом. Она сказала Принсу: "Тебя зовет доктор Мюррей. Кажется, что-то случилось с твоим отцом". Принс и Чейз вернулись в кухню. Принс пошел к Мюррею. Чейз вернулась к работе.

    Бразил спрашивает, просил ли Мюррей позвонить в 911. Чейз говорит, что нет. Бразил спрашивает, почему Чейз решила позвать Принса. Она говорит, что Принс был у нее на виду, а Мюррей очень сильно нервничал. Чейз хотела позвать помощь как можно быстрей, охрана была снаружи, а Принс был ближе.

    Чейз увидела, что домработница плачет в холле. Чейз подошла и спросила, что случилось. Ей сказали, что что-то случилось с Майклом. Дети плакали и кричали. Они взялись за руки и помолились. Потом Чейз увидела, как охранники и парамедики пробежали вверх по лестнице. Чейз, домработница и дети остались в фойе. Вскоре охрана попросила Чейз и домработницу уйти из дома, и Чейз ушла.

    Чейз сказала, что ее сердце до сих пор разбито. Через несколько день после случившегося она поговорила с полицией. К ней обращалась пресса с просьбами об интервью. После дачи показаний полиции, она дала несколько интервью. Бразил спрашивает, получала ли она деньги от американских СМИ. Сказала, что нет. Говорит об интервью, которые она дала для зарубежной прессы. Одно интервью для немецкого издания о еде. Ей заплатили за него тысячу долларов. Давала интервью французам, заплатили тысячу долларов. Еще пять интервью. В общей сложности получила за все интервью семь тысяч долларов.

    Бразил спрашивает, хотела ли Чейз разбогатеть на этой истории с Майклом. Чейз говорит, что нет.

    Перекрестный допрос. Фланаган.

    Защита спрашивает, была ли Чейз в доме в воскресенье 10 мая. Говорит, что нет. Говорит, что обычно Майкл спускался к завтраку два раза в неделю примерно в 8.30-9.00. В другие дни завтрак относили к нему в комнату.

    Когда Чейз приходила на работу, ворота были закрыты. Она звонила в домофон, и один из охранников приходил за ней. Она не помнит, кто именно впустил ее 25 июня. Когда она подходила к дому, то стучала в кухонную дверь, чтобы ее впустили. Ей открывали либо дети, либо домработница. 25 июня ее впустили дети.

    Чейз говорит, что у нее были телефоны только Уильямса. По словам Чейз, обычных телефонов в доме не было, а номеров Альвареса, Фахима, няни или Майкла у нее не было.

    Защита спрашивает, далеко ли от трейлера до кухонной двери. Она объясняет.

    Мюррей спустился вниз, он нервничал. Выкрикнул про помощь, охрану и Принса. Чейз поняла, что случилась какая-то нестандартная ситуация, но не знала, что именно. Сходила за Принсом. Описала ситуацию, как описывала ее обвинению.

    Фланаган спрашивает, сколько лет было Принсу. Говорит, что на тот момент 12 лет. Фланаган спрашивает, почему она не сходила за охраной. Сказала, что Принс был прямо рядом. Она решила, что вот человек, который может помощь сию минуту. Сказала, что не хотела тратить время на то, чтобы выйти из дома и дойти до трейлера. Не знала, там ли охрана или ушли. Не хотела рисковать.

    Фланаган повторяет слова Чейз о том, что она увидела паникующего Мюррея и подумала, что что-то случилось. Она говорит, что да. Фланаган спрашивает: "Он просил о помощи, просил позвать охрану. Почему вы решили, что 12-летний ребенок сможет помочь врачу решить проблему с Майклом?" Чейз: "я сделала то, что мне сказали, и привела Принса". Фланаган спрашивает, видела ли она Мюррея с тех пор. Говорит, что нет. Фланаган спрашивает, сообщила ли она Мюррею, что не сходила за охраной. Нет, не сообщила.

  20. The Following 5 Users Say Thank You to JMie For This Useful Post:


  21. #11
    Points: 3,848, Level: 39
    Level completed: 32%, Points required for next Level: 102
    Overall activity: 0%
    Achievements:
    1000 Experience PointsThree FriendsVeteran

    Join Date
    Jan 2010
    Posts
    320
    Points
    3,848
    Level
    39
    Thanks
    295
    Thanked 297 Times in 94 Posts

    Default Судебный процесс. День 4 - 30 сентября 2011

    Судебный процесс. День четвертый - 30 сентября 2011

    Утреннее заседание

    Свидетельские показания Роберта У. Джонсона



    Прямой допрос ведет прокурор Уолгрен

    Р. Джонсон работает в компании Nonin Medical, которая занимается разработкой и производством медицинского оборудования для неинвазивного контроля за физиологическим состоянием пациентов, такого как пульсоксиметры.
    По заявлению Джонсона, он является директором Департамента по вопросам законодательства и нормативных актов, клинических исследований и контроля качества. В его обязанности входит получение разрешений на продукцию компании в Администрации по контролю за продуктами питания и лекарствами США, а также в министерствах здравоохранения по всему миру. Клинические исследования, по заявлению Джонсона, проводятся с участием как людей, так и животных.
    Джонсон вновь упоминает, что Nonin Medical разрабатывает пульсоксиметры.

    На вопрос прокурора Джонсон отвечает, что пульсоксиметры опредляют как частоту пульса, так и красные кровяные тельца, связанные кислородом, по существу - степень насыщения кислородом и частоту пульса. По заявлению Джонсона, компания Nonin производит порядка 10 или более разных моделей пульсоксиметров.

    Уолгрен спрашивает, знаком ли Джонсон с пульсоксиметром модели 9500, Джонсон отвечает – да. Джонсон описывает модель ONYX 9500 как пальцевый пульсоксиметр, в котором имеется индикация частоты пульса и индикация SpO2 (на 2 раздельных индикаторах). Джонсона просят идентифицировать пульсоксиметр, находившийся в момент смерти в спальне Майкла, он идентифицирует. Джонсона просят идентифицировать 2 цифры на пульсоксиметре, Джонсон поясняет, что цифра "92" указывает на значение частоты сердечных сокращений, а верхняя цифра – на процентное содержание кислорода в красных кровяных тельцах.
    Затем Уолгрен спрашивает, оснащен ли пульсоксиметр Nonin 9500 звуковой сигнализацией, Джонсон отвечает – нет. Джонсон также заявляет, что эта конкретная модель предназначена для разовых измерений. Доктор может использовать такой прибор в случае, когда пациент приходит на прием для измерения основных показателей состояния организма (напр., для проверки частоты ударов сердца и пульса). Затем Джонсон заявляет, что эта модель не предназначена для непрерывного мониторинга и имеет специальное указание о непригодности для непрерывного контроля.
    (Кроме того, инструкция к прибору содержит специальные указания, предупреждающие о том, что он не предназначен для непрерывного контроля, а только для разовых измерений)

    Затем Уолгрен спрашивает, производит ли Nonin пульсоксиметры со звуковой тревожной сигнализацией, Джонсон отвечает – да.
    Уолгрен спрашивает о стоимости пульсоксиметра ONYX 9500 в 2009 г., Джонсон отвечает, что примерная розничная цена составляла USD 275,-.

    Уолгрен спрашивает, производит ли Nonin пульсоксиметры модели Nonin 2500А (Nonin PalmSat 2500A), Джонсон отвечает – да.
    Джонсон заявляет, что пульсоксиметр Nonin 2500А имеет индикаторы тех же функций, что и ONYX 9500, но дополнительно оснащен визуальной и звуковой тревожной сигнализацией. Джонсон заявляет, что сигнализацию можно настроить на любой уровень громкости в пределах максимального значения, и сигнал можно услышать за пределами спальни – он громкий и раздражающий. По заявлению Джонсона, примерная розничная цена модели Nonin 2500А могла составлять в 2009 году порядка USD 750,-.

    Уолгрен спрашивает, производит ли Nonin настольные пульсоксиметры Nonin 9600, Джонсон отвечает – да. Джонсон заявляет, что такой прибор измеряет те же параметры, частоту ударов сердца; в 2009 году стоимость этой модели составляла USD 1250,-.

    Джонсон также заявляет, что Nonin производит пульсоксиметры с интегрированным капнографом - модель MedAir LifeSense.
    (Капнография – графическое отображение измеряемой концентрации или парциального давления углекислого газа во вдыхаемом и выдыхаемом газе во время дыхательного цикла в виде кривой.)
    Прибор MedAir LifeSense - настольный, переносной, с возможностью фиксации на пальце, предназначен для продолжительного мониторинга в условиях интенсивной терапии, оснащен индикаторами цифрового значения частоты пульса и дыхания, цифрового значения EtCO2 и SpO2, звуковые и визуальные сигналы тревоги.
    Стоимость в 2009 г. – порядка USD 1500,-.

    Уолгрен спрашивает, ссылаясь на все ранее упомянутые в ходе данного допроса модели пульсоксиметров, существует ли, помимо необходимости их приобретения по указанным здесь ценам, возможность аренды такого оборудования – Джонсон отвечает «да».
    На вопрос о стоимости аренды, к примеру, пульсоксиметра Nonin 2500А, Джонсон заявляет, что около USD 40,-/месяц.

    Перекрестный допрос защиты – Фланаган:

    На вопрос, является ли пульсоксиметр NONIN 9500 (такой, как был обнаружен в комнате, где умер Майкл) точным, Джонсон отвечает – да.

    На вопрос о том, подошел ли бы этот пульсоксиметр такой модели для цели, если бы имелась необходимость наблюдения за состоянием пациента в течение 10-15 мин., и Вы находились бы при этом рядом с пациентом, Джонсон отвечает – возможно.

    Затем Джонсона спрашивают, определяет ли прибор изменения, если состояние пациента изменяется с каждой минутой, Джонсон отвечает – да.

    Джонсона спрашивают: если бы кто-то был рядом с пациентом, находящимся, скажем, под воздействием пропофола в течение 5-10 мин., показывали ли бы индикаторы на пульсоксиметре непрерывные изменения значений, Джонсон отвечает - нет.

    Джонсон заявляет, что очень трудно наблюдать за состоянием пациента и следить за цифрами на индикаторах, поэтому и не рекомендуется использовать прибор без сигнализации для непрерывного наблюдения.
    На вопрос о том, что Джонсон подразумевает под непрерывным наблюдением, он отвечает, что другие цели (использования прибора), кроме измерения основных показателей состояния организма и разовых измерений.

    Защита спрашивает, было ли бы надежным (использования прибора), если бы мониторинг осуществлялся каждые 5 минут, Джонсон отвечает – да. Защита спрашивает, был ли бы надежным непрерывный мониторинг на протяжении 15 минут, Джонсон отвечает – только, если доктор осуществляет напрерывное наблюдение за дисплеем прибора (непрерывно смотрит на дисплей).

    Джонсон заявляет, что процедура точного измерения пульсоксиметром занимает от 5 до 10 сек.

    Защита спрашивает, будут ли изменяться показания на приборе по истечении этих 5-10 сек., Джонсон отвечает – да.

    Затем защита заявляет, что прибор может быть использован дл непрерывного мониторинга, на что Джонсон еще раз заявляет, что – нет, не может.

    Повторный прямой допрос – Уолгрен:

    Уолгрен спрашивает, большая ли разница между пульсоксиметром со звуковой сигнализацией по сравнению с моделями пульсоксиметров без звуковой сигнализации, Джонсон заявляет, что разница огромная. Уолгрен заявляет, что разница в этом случае будет означать разницу между жизнью и смертью, Джонсон заявляет - да.

    Уолгрен спрашивает для уточнения, что если прибор без звуковой сигнализации (9500) будет закреплен у кого-то на пальце, а вы при этом находитесь в другой комнате, то будет ли функция измерения бесполезной, Джонсон заявляет - да.

    Повторный перекрестный допрос защиты – Фланаган:

    Защита спрашивает еще раз, если доктор непрерывно контролирует прибор, будет ли пульсоксиметром бесполезен, Джонсон заявляет – нет.



    Свидетельские показания Роберта Рассела




    Прямой допрос ведет прокурор обвинения Дебора Бразил:

    Роберта Рассел - управляющий общенациональной службой сбыта в электрораспределительной компании, проживает в Лас Вегасе, Невада. Там же проживал и в 2009 году. В марте 2009 года состояния здоровья Рассел резко ухудшилось, в связи с чем он вынужден был обратиться в отделение неотложной помощи для экстренной госпитализации в больнице Spring Valley Hospital в Лас Вегасе.

    Рассел заявляет, что в 2009 году в Лас Вегасе у него произошел сердечный приступ. Рассел заявляет, что встретился с д-ром Мюрреем в в отделение неотложной помощи в больнице во время консультации. Рассел заявляет, что Мюррей изучил, что с ним (Расселом) произошло, и в конечном итоге установил стенты в сердце.
    Рассел заявляет, что Мюррей был единственным врачом, который консультировал тогда Рассела в приемном отделении. До этого пациентом Мюррея Рассел не являлся, и тогда состоялась их первая встреча.

    Рассел заявляет, что 16 марта 2009 г. у него состоялось контрольное посещение врача, и что Мюррей рекомендовал ему сделать вторую операцию по установке дополнительных стентов в сердце. Рассел заявляет, что так Мюррей сказал ему по причине проблем, возникших при проведении первой операции; Мюррей сказал, что ему не удалось установить все стенты в сердце, поэтому Расселу и необходима вторая операция для завершения установки этих стентов.

    Рассел заявляет, что Мюррей обращался с ним очень хорошо. Рассел заявляет, что Мюррей рассказал ему, что у него появилась возможность поехать в Великобританию и в качестве врача следить за состоянием здоровья одного человека, но не сказал при этом, кем был тот человек.

    Рассел заявляет, что ему было назначена вторая операция, и что эта операция была сделана ему в апреле 2009 г. Рассел заявляет, что эта операция была такой же, что и первая, с той лишь разницей, что проводилась она в амбулаторных условиях. Рассел заявляет, что, помимо Мюррея, при проведении операции присутствовал анастезиолог, а также другой медицинский персонал. Рассел заявляет, что в тот же день после операции отправился домой, и что запланировал посещение для последующего врачебного наблюдения.

    Рассел заявляет, что он приходил на прием для последующего врачебного наблюдения; Мюррей сообщил ему о том, что принял решение следить за состоянием здоровья одного пациента, и что этим пациентом был Майкл Джексон.
    Рассел заявляет, что Мюррей не говорил еще об этом своему персоналу, и что намеревался сообщить им об этом после ухода Рассела и его жены (Рассел был с женой).
    Рассел заявляет, что Мюррей подразумевал, что у него будут профессиональные отношения с Майклом Джексоном на постоянной основе.
    Рассел заявляет, что он был очень счастлив за Мюррея, и что Мюррей казался крайне взволнованным и довольным, оттого что будет работать на Майкла Джексона.
    Рассел заявляет, что Мюррей сообщил ему о том, что ему требуется продолжение терапии его сердца, и что это очень важно для его выздоровления.

    Рассел заявляет, что терапевтические процедуры для его сердца начались в середине апреля 2009 и проводились ежедневно.
    Рассел заявляет, что Мюррей бывает в своей практике лишь периодически.
    Рассел заявляет, что Мюррей сообщил ему, что его не будет на месте.
    Рассел заявляет, что обратился в связи с этим вопросом к персоналу клиники, и Мюррей перезвонил ему домой и ответил на его вопросы.
    Рассел заявляет, что в начале июня он завершил терапевтические процедуры, и на 15 июня 2009 г. ему был назначен контрольный визит, когда он должен был получить результаты анализов после проведенной терапии и узнать, как обстоят дела с его сердцем.
    Рассел заявляет, что этот визит был для него очень важным, но что Мюррей не выполнил обязательств и не появился на приеме, когда Расселу была назначено посещение.
    Рассел заявляет, что он получил письменное уведомление, разосланное всем пациентам, в котором говорилось, что с 15 июня Мюррей временно прекращает свою практическую деятельность в качестве врача, чтобы воспользоваться шансом, выпадающим раз в жизни.
    В письме сообщалось, что Мюррей продолжит руководить своими учреждениями частной врачебной практики и что найдет подходящую замену.
    Рассел заявляет, что он не был этому удивлен.

    Рассел заявляет, что на 22 июня 2009 г. ему был назначен второй контрольный визит, поскольку предыдущий Мюррей отменил. Рассел заявляет, что визит на 22 июня был также отменен, и что он был расстроен.
    Рассел заявляет, что чувствовал себя зависимым от Мюррея, потому что у него не было ни направления, ни перенесения срока визита, и что у Мюррея находилась его медицинская документация.
    Рано утром 25 июня 2009 г. Рассел позвонил в офис Мюррея. Рассел заявляет, что у него завязались отношения с сотрудникам штата Мюррея, поскольку за время проводимых терапевтических процедур виделся с ними чаще, чем с самим Мюрреем.
    Рассел заявляет, что выразил сотрудникам штата свое неудовольствие, он был в состоянии отчаяния, он угрожал обращением в суд, и что чувствовал себя оставленным на произвол судьбы.
    Позже в то утро 25 июня 2009 г. Рассел получил от Мюррея голосовое сообщение.

    На записи голосового сообщения, которое проигрывается в зале суда, - Конрад Мюррей, заявляющий, что терапия Рассела прошло очень хорошо. Рассел заявляет, что чувствовал признательность за то, что он нашел время и позвонил ему. Рассел заявляет, что чувствовал, что такое заявление Мюррея было странным, поскольку он говорил в сообщении, что его сердце восстановилось, тогда как несколькими месяцами ранее Мюррей утверждал, что оно никогда полностью не восстановится. Рассел заявил также, что он счел странным то, что Мюррей собирается сделать длительный перерыв в работе, тогда как Расселу все время было известно, что Мюррей собирался следить за состоянием здоровья Майкла Джексона.

    Рассел заявляет, что, несмотря на то что вначале Рассел считал лечение Мюррея отличным, он также чувствовал себя оставленным на произвол судьбы.

    Перекрестный допрос защиты - Чернофф

    Чернофф устанавливает, что Рассел и Чернофф ранее никогда не встречались. Рассел заявляет, что оказанная ему медицинская помощь отличалась от той, которая когда-либо ему оказывалась до того. Рассел заявляет, что Мюррей был непреклонным в своем мнении относительно того, насколько серьезным было состояние здоровья Рассела, и что Мюррей спас ему жизнь.

    Рассел заявляет, что Мюррей был знаком с его женой. Рассел заявляет, что сердечный приступ у него случился 9 марта 2009 г., и что теперь его сердце, по мнению его нового кардиолога, в хорошем состоянии. Рассел заявляет, что, по мнению его нового кардиолога, стенты в сердце были установлены должным образом.




    Свидетельские показания Ричарда Сеннеффа (РС)


    Прямой допрос ведет прокурор обвинения Дебора Бразил

    РС = Ричард Сеннефф
    КМ = Конрад Мюррей




    РС работает парамедиком противопожарной службы г. Лос-Анжелеса. РС дает пояснения относительно своего обучения, опыта работы и полученных сертификатов.

    25 июня РС работал в пожарной части № 71. В часть поступил телефонный звонок с распоряжением направиться в Кэролвуд. "Остановка сердца. Проводятся реанимационные действия. Мужчина 50 лет. Пациент не дышит". Они отправились в Кэролвуд. РС был руководителем бригады и радистом, и он собирает информацию и ведет регистрациию. Сеннефф сели в машину скорой помощи 71 с парамедиком Блантом. Следом за ними отправился пожарный автомобиль 71, в котором были инженер, пожарный, капитан пожарной команды и еще один парамедик.

    Бразил детально рассматривает «вещественное доказательство № 43» и что на нем написано.




    Расшифровка печатной части телетайпного сообщения

    Строка 1: Автомобиль 71 Аварийно-спасательный автомобиль 71
    Строка 2: Адрес 100 Кэролвуд
    Строка 3: Номер несчастного случая 5-12 Остановка сердца 12:21 Время звонка Мужчина 50 лет
    Строка 4 : Код Остановка сердца, полное отсутствие
    Строка 5: Номер телефона, с которого поступил звонок
    Строка 6 : Время выезда, время, в которое они получили звонок в часть 12:22
    Строка 7 : 911 звонок с мобильного телефона, позвонивший все еще говорит по телефону с диспетчером
    Строка 8 : Откуда звонок поступил и переадресован

    В конце указан идентификационный стикер пациента в медицинский центр UCLA, присвоенный Майклу после того как его туда доставили.


    Утренний перерыв


    Они прибыли на место в 12:26. Аварийно-спасательный автомобиль въехал на территорию резиденции, пожарный автомобиль остался на улице снаружи. РС взял свое оборудование, базовый комплект и, следуя за охранниками, поднялся по лестнице и в спальню. РС увидел в комнате КМ, Майкла и одного охранника.

    РС описывает пациента. Майкл был одет в пижамные брюки и рубашку. Рубашка была расстегнута. На голове хирургическая шапочка. Он казался худым.

    РС описывает КМ. КМ наклонился над Майклом и держал его тело и перемещал Майкла с кровати на пол.

    РС также увидел охранника, помогающего переместить Майкла на пол.

    По словам РС, КМ был в состоянии сильного возбуждения.

    Войдя в комнату, РС спросил, не было ли сделано распоряжения об отказе от реанимации. Вначале никто не ответил. РС повторил вопрос, КМ ответил, что не было. РС видел штатив для внутривенных вливаний с висящим мешком с физраствором и видел кислородный баллон. РС пытался собрать информацию, чтобы понять, что происходило. РС трижды задал вопрос, не является ли причиной происходящего имеющиеся ранее проблемы со здоровьем. КМ так ничего и не ответил. По словам РС, это было непонятным, поскольку в доме находился врач и штатив для внутривенных вливаний.

    РС спросил, как долго пациент в бессознательном состоянии. КМ сказал "случилось только что, как раз когда я звонил вам". РС говорит, что машина скорой помощи прибыла на место очень быстро, и что если бы они позвонили сразу, когда это (приступ) произошло, у них были бы хорошие шансы реанимировать Майкла Джексона и запустить его сердце.

    12:26 – время, когда РС уже находился комнате и делал наблюдения. РС заявляет, что они пробыли в комнате в пределах 5 минут. РС говорит, что один пожарник и он сам переместили Майкла от боковой части кровати к изножью кровати, поскольку сбоку от кровати было недостаточно места для проведения комплекса мер. РС все еще пытался получить информацию от КМ. Пожарник Херрон проводил реанимационные действия. Парамедик Блант начал делать искусственную вентиляцию лёгких. Парамедик Гудвин подключал электрокардиограф. Пожарный капитан оказывал помощь везде, где требовалось. РС был занят и не увидел, что пациентом Майкл Джексон. Позже он узнал, что это был Майкл Джексон.

    Электрокардиограмма показала ровную линию / асистолию (остановку сердца).

    К ноге Майкла был прикреплена трубка от капельницы. РС проверил, чтобы убедиться, работает ли она, после чего дал Майклу атропин и эпинефрин – лекарственные препараты, используемые для запуска сердечной деятельности. РС не видел изменений в состоянии Майкла, после того как были применены указанные лекарство. РС спросил КМ, не принимал ли Майкл каких-либо медицинских препаратов и не давали ли ему каких-либо медицинских препаратов. РС пришлось задать этот вопрос несколько раз. РС сказал КМ, что он видит (перед собой) пациента с недостаточным весом, к которому прикреплена капельница для внутривенных вливаний, и на прикроватной тумбочке и флаконы с лекарственными препаратами. В тот момент КМ сказал, что Майкл не принимал ничего, и что КМ дал Майклу только немного лоразепама, чтобы он мог уснуть. КМ сказал, что он лечил Майкла от обезвоживания и истощения.

    В тот момент Майкл был подключен к оборудованию и получил одну порцию препаратов для запуска сердечной деятельности. Блант быстро проводил Майклу интубацию, чтобы подать воздух прямо в его легкие. РС наблюдал за состоянием Майкл. РС также был на связи с центральной станцией медцентра UCLA и информировал их о ситуации. РС сообщил им возраст, ситуацию, как долго пациент был без сознания, какие мероприятия они проводили. РС разговаривал с дежурной на радиосвязи медсестрой, и медсестра на радиосвязи вела переговоры с докторами.

    Когда РС взглянул на Майкла, он не поверил, что это произошло с Майклом "только что". РС обращать внимание на то, что кожа Майкла была холодной на ощупь; глаза Майкла были открыты, расширенными и сухими; Электрокардиограмма показывала ровную линию, и показания на капнографе были низкими.

    Они дали Майклу вторую порцию препаратов для запуска сердечной деятельности через левую яремнаую вену (на шее слева). Парамедик Гудвин пытался найти вену на руках Майкла 5 раз, чтобы начать внутривенный ввод препаратов, но ему так и не удалось. РС говорит, что значительно сложнее найти венту, когда кровообращение некоторое время не работает.

    После того как РС первый раз связался с медцентром UCLA и сообщил им, что они дали пациенту первую порцию препаратов для запуска сердечной деятельности, медцентр UCLA спросил их, хотят ли они продолжать меры или же хотят прекратить. РС сказал, что они хотят продолжать. После второй порции препаратов, РС еще раз разговаривал с медцентром UCLA. Медцентр UCLA был готов объявить Майкл умершим.

    Прокурор Бразил спросила, что произошло с трубкой капельницы, подсоединенной к ноге Майкла. РС говорит, что КМ вытащил трубку для внутривенного вливания из ноги Майкла, и что поэтом парамедикам пришлось искать другую вену, и в конце концов они нашли яремную вену.

    КМ говорит, что он чувствовал пульс на правом бедре (в паху слева). РС посмотрел на кардиомонитор и он увидел ровную линия с кривой реанимации (кривые изменялись только из-за реанимационных действий (искусственное дыхание и непрямой массаж сердца)). РС сказал своей бригаде остановить проведение реанимационных действий, чтобы проверить пульс. Кардиомонитор показывал четкую ровную линию, что означает, что сердце не работает, и пульса быть не. РС и другой парамедик проверили наличие пульса, они не почувствовали пульс.

    Еще раз «вещественное доказательство со стороны обвинения № 43». Они детально рассматривают рукописные пометки.




    Время звонка 12:21, уровни глюкозы в крови, epinephrine 3.5 мг в 12:40, Аллергия: florazen, второй epinephrine и атропин. 12:57 - время, когда UCLA хотел объявить о смерти Майкла. Обведенный квадратом участок справа: гидратация и лоразепам – то, что сказал КМ Сеннеффу. Вторая питьевая сода – Майклу введена вторая порция препаратов для запуска сердца. РС говорит, что время указано неверно. Он написал 14:00, но на самом деле это было в 13:00 PM

    В зале суда проигрывается запись звонка РС в медцентр UCLA. КМ берет контроль за ситуацией на себя.

    КМ попросил парамедиков поставить центральноый катетер. РС говорит, что они не обучены этому, а также не располагают оборудованием для проведения такой процедуры. КМ попросил парамедиков ввести (Майклу) магнезиум; РС говорит, что у них его не было. Бразил спрашивает, обеспечил ли КМ их материалами для проведения мероприятий. РС говорит, что нет.

    Вещественное доказательство со стороны обвинения № 46:




    Форма 902-M. Документ содержит подробную информацию о проведенных мероприятиях по оказанию помощи. Препараты для запуска сердечной деятельности вводились с 12:27 до 12:50. Показания оборудования также записаны в этом документе. Записана информация о препаратах, а также сделанные РС собственные пометки.

    Перед транспортировкой они ввели Майклу бикарбонат натрия. Все парамедики и пожарники вынесли Майкла на щите вниз по лестнице. Некоторые из них несли щит, в то время как другие продолжали проводить реанимационные действия. После того как спустились по лестнице, Майкла уложили на каталку с колесами. РС вернулся наверх забрать свое оборудование.

    РС видит, что КМ, держа в руке мешок, собирает предметы с пола радом с прикроватной тумбочкой.

    На полу - синий мешок Амбу. РС говорит, что это не парамедиков.

    РС собирает оборудование, спускается вниз по лестнице и идет к автомобилю скорой помощи. КМ все еще находился в комнате. КМ присоединился к ним позже. В автомобиле скорой помощи РС сидел рядом с головой Майкла и наблюдал за состоянием Майкла. Изменений не было. В автомобиле скорой помощи Майклу ввели еще одну порцию препаратов для запуска сердечной деятельности. Никаких изменений. РС видел, как КМ говорил по мобильному телефону. РС говорит, что ни разу не видел у Майкла каких-либо признаков жизни, и что в состоянии Майкла не произошло никаких изменений за те 42 минут, которые он провел радом с ним. В медцентр UCLA они прибыли в 13:13 PM.





    Прокурор Бразил перечисляет оборудование для контроля состояния и спрашивает РС, не видел ли он его в спальне. РС отвечает "нет" на все перечисленные позиции. Бразил спрашивает, не упоминал ли КМ когда-либо в разговоре с Сеннеффом пропофол, РС говорит - нет. РС отвечает, что КМ находился один в спальне некоторое время после того, как он (РС) вышел из комнаты со своим оборудованием.


    Перекрестный допрос защиты ведет Нарег Гурджиян

    РС говорит, что они получили звонок в 12:22 и выехали в 12:22. Гурджиян упоминает, что звонок был зарегистрирован в 12:20 и был переадресован из Беверли Хиллз. РС об этом было ничего не известно.

    Гурджиян напоминает об описании Майкла, данном РС в ходе предварительных слушаний: бледный, с недостаточным весом, такой худой, что можно увидеть его ребра. Гурджиян спрашивает, не выглядел ли Майкл действительно больным на его взгляд. РС говорит, что он выглядел так, будто у него имелась хроническая проблема со здоровьем.

    Гурджиян спрашивает, не было ли физических признаков человека, который длительное время был зависим от лекарственных препаратов. РС говорит, что он не может этого сказать, и что ему приходилось видеть зависимых от лекарственных препаратов, среди которых были люди как с недостаточным, так и с избыточным весом. РС говорит, что он просто подумал, что это было какое-то хроническое заболевание.

    Гурджиян спрашивает о ситуации, когда Майкл находился на кровати. РС говорит, что Майкл был как раз в процессе перемещения, его ноги были на полу, а его верхняя часть туловища все еще на кровати. На его левой икре была трубка от капельницы.

    Защита спрашивает, спрашивал ли РС Мюррея о том, не принимал ли Майкл рекреационные препараты. РС говорит, что это является общим вопросом, который он задает, но он не помнит, спрашивал (тогда) он или нет. Защита спрашивает РС о лоразепаме. РС говорит, что он не располагает такими большими знаниями об этом препарате.

    Защита спрашивает о том, что причиной того, что КМ не отвечал на вопросы (Сеннеффа) сразу, могло быть то, что он (Мюррей) был занят. РС говорит, что происходило много вещей, и он был занят.

    Защита детально рассматривает вопрос о том, сем занимался каждый парамедик. РС повторяет то, что было им сказано прежде. Гурджиян упоминает, что парамедик Херрон проводил реанимационные действия, а парамедик Блант руководил действиями по искусственной вентиляции лёгких. И было ли также приемлемым, что КМ попросил о помощи. РС отвечает «да, вам бы не захотелось выполнять это оному». Защита напоминает о руководящих принципах Американской ассоциации здравоохранения, в которых говорится о том, что люди должны работать в сотрудничестве.


    Перерыв на обед
    Last edited by Wenghua; 02-10-2011 at 04:06 PM.

  22. The Following 5 Users Say Thank You to Wenghua For This Useful Post:


  23. #12
    Points: 3,848, Level: 39
    Level completed: 32%, Points required for next Level: 102
    Overall activity: 0%
    Achievements:
    1000 Experience PointsThree FriendsVeteran

    Join Date
    Jan 2010
    Posts
    320
    Points
    3,848
    Level
    39
    Thanks
    295
    Thanked 297 Times in 94 Posts

    Default Судебный процесс. День 4 - 30 сентября 2011

    Судебный процесс. День четвертый - 30 сентября 2011

    зарезервировано

  24. #13
    Points: 1,240, Level: 19
    Level completed: 40%, Points required for next Level: 60
    Overall activity: 0%
    Achievements:
    1 year registered1000 Experience Points

    Join Date
    Jul 2011
    Location
    Moscow, Russia
    Posts
    27
    Points
    1,240
    Level
    19
    Thanks
    4
    Thanked 24 Times in 7 Posts

    Default Re: Russian Translations

    Судебный процесс. День 4 - 30 сентября 2011

    Послеобеденная сессия

    Продолжение перекрестного допроса защиты (свидетель Ричард Сеннефф). Допрос ведет Нарег Гурджиян.


    Защита спрашивает, можно ли делать CPR на месте, где лежал пациент. Сеннефф говорит, что это неправильно. Защита читает выдержки из руководства Американской Кардиологической Ассоциации (AHA). Сеннефф соглашается с ними. Защита спрашивает, была ли капельница присоединена к Майклу. Сеннефф говорит, что да. Он также говорит, что не видел чего-либо другого, присоединенного к Майклу. Защита спрашивает, являются ли присоединенные предметы важным фактором при перемещении пациента. Сеннефф отвечает, что да. Защита спрашивает: «При условии, что сжатия грудной клетки делаются адекватно, будет ли тот факт, лежит пациент на кровати или на полу, не иметь значения?». Сеннефф говорит, что это утверждение верно.

    Защита спрашивает о пульсе, который Мюррей почувствовал на бедренной артерии Майкла. Сеннефф говорит, что не подвергал сомнению то, что сказал Мюррей. Защита напоминает о показаниях Сеннеффа на предварительных слушаниях, когда он сказал, что чувствовать бедренный пульс при CPR – это обычное явление. Защита спрашивает, вероятно ли, что Мюррей действительно почувствовал пульс. Сеннефф говорит, что да.

    Защита спрашивает, почему Сеннефф не объявил Майкла умершим, как ему порекомендовала клиника UCLA. Сеннефф сказал, что он решил ехать в больницу, т.к. это был VIP-пациент, и ему сказали, что сердечный приступ случился недавно. Мюррей взял контроль на себя, и должен был ехать в машине скорой помощи вместе с ними. После того, как Майкла переместили в машину, Сеннефф вернулся в комнату, чтобы забрать оставленное там медицинское оборудование. Мюррей оказался в его поле зрения и тоже собирал что-то. Защита спрашивает, является ли обычной практикой возвращение за медицинским оборудованием. Сеннефф говорит, что да. Защита спрашивает, мог ли Мюррей собирать очки и кошелек. Сеннефф говорит, что не видел ничего, т.к. кровать закрывала обзор. Сеннефф затем пошел к машине скорой помощи. Мюррей подошел к машине через минуту или около того. Защита спрашивает о звонке Мюррея по мобильному в машине. Спрашивает, слышал ли что-нибудь Сеннефф. Сеннефф, отвечает, что не слышал ничего. Защита спрашивает, пытался ли Мюррей помочь парамедикам, когда они им нужна была помощь в чем-то, когда были в доме на Кэролвуд. Сеннефф отвечает, что да.

    Защита спрашивает, являются ли сломанные ребра знаком хорошо проведенного CPR. Сеннефф говорит, что это обычное явление. Он также говорит, что не был в курсе, что у Майкла были сломаны ребра. Защита спрашивает, знаком ли Сеннефф с пропофолом. Он отвечает, что нет.

    У Майкла была комбинация P.E.A. (Pulseless Electrical Activity – Электроактивность сердца без сокращений) и асистолии (горизонтальная линия). Защита спрашивает, есть ли протокол порядка действий, когда кто-то находится в состоянии P.E.A. Медики не делают дефибрилляцию (шок) для человека с P.E.A. Они делают CPR, вводят атропин, эпинефрин (EPI, также известен как адреналин), бикарбонат натрия. Защита спрашивает, если бы парамедики знали, что Майклу был введен пропофол, могли ли они сделать что-то иначе. Возражение. Принимается.

    Вторичный прямой допрос обвинения. Прокурор Бразил.

    Бразил спрашивает, была ли путаница и хаос, когда команда Сеннеффа пыталась спасти жизнь Майкла Джексона, как утверждает защита. Сеннефф говорит, что такого не было.

    Бразил спрашивает, знает ли Сеннефф что-то о том, была ли капельница отсоединена, перемещена или заново подключена до их приезда. Сеннефф говорит «нет».

    Сеннефф говорит, что они считали, что пульс на бедре, который почувствовал Мюррей, возник из-за сжиманий грудной клетки и не был настоящим пульсом.

    Сеннефф говорит, что судя по выражению лица Мюррея, тот был удивлен, когда увидел Сеннеффа, вернувшегося в комнату. По словам Сеннеффа, выражение лица Мюррея напомнило ему «оленя в свете фар». Сеннефф сказал, что Мюррей держал мусорный пакет в руке.

    Повторный перекрестный допрос защиты.

    Защита спрашивает, когда случился сердечный приступ, по оценке Сеннеффа. Он говорит, что это тяжело оценить. Гурджиян напоминает о предварительных показаниях Сеннеффа, когда он говорил «по меньшей мере за 20-25 минут до того, как мы приехали». Гурджиян спрашивает, мог ли сердечный приступ случиться в интервале 12:01 - 12:05 PM.

    Защита спрашивает, мог ли Мюррей забирать свой кошелек. Возражение. Принимается. Защита спрашивает, просил ли Мюррей Сеннеффа закрыть глаза или выйти из комнаты. Сеннефф говорит, что нет.

    Третий прямой допрос обвинения. Прокурор Бразил.

    Бразил напоминает о предварительном слушании и спрашивает, верно ли, что Сеннефф тогда сказал, что приступ мог случиться в интервале 20 минут – 1 час до их приезда. Сеннефф говорит, что да.

    Третий перекрестный допрос защиты.

    Защита спрашивает, прекратил ли Мюррей делать то, что он делал, когда Сеннефф вошел в комнату. Сеннефф говорит, что Мюррей продолжил делать то, что он делал.

    Показания Мартина Блаунта.



    Прямой допрос обвинения. Прокурор Бразил.

    Блаунт – пожарный/парамедик, работает в Лос-Анджелесе. Работает уже 20 лет. Стал парамедиком в 1999. Проходил тренинги под руководством докторов и медсестер клиники UCLA. Каждые 2 года они обязаны проходить 48-часовые тренинги. Работает на пожарной станции 71.

    Блаунт был водителем машины скорой помощи. Сеннефф сидел рядом с ним. Он приехал в Кэролвуд, припарковал машину и зашел в дом. Пожарная машина сопровождала их и припарковалась на улице. В пожарной машине были капитан Миллз, парамедики Гудвин и Херрон.

    Блаунт увидел мужчину на кровати. Он лежал на кровати полностью. Блаунт и двое других спасателей переместили Майкла на пол. Мюррей был вспотевшим и взволнованным. Мюррей сказал: «Ему нужна помощь, помогите ему, пожалуйста».

    У Блаунта была роль водителя. Кроме того, он отвечал за первоначальную помощь и оценку состояния пациента. Сеннефф отвечал за коммуникации и получение информации.

    Блаунт сразу же узнал Майкла Джексона, когда вошел в комнату. Блаунт находился у головы пациента и начал базовые процедуры по поддержке жизни. Его задачей было обеспечение Майкла воздухом.

    Порядок действий:
    - Держатель языка, чтобы язык не запал в горло и не заблокировал дыхательные пути.
    - Запрокинуть голову назад – чтобы дыхательные пути были открыты
    - Маска с дыхательным мешком (Ambu-bag) – искусственная вентиляция легких. Это более эффективный способ, чем рот в рот. Соединил ее с кислородным баллоном, который он принес.
    - Это все заняло у него около минуты.

    Потом он сделал более продвинутую процедуру – произвел интубацию трахеи, так что теперь 100% воздуха поступало в легкие. Это лучше, чем просто маска с дыхательным мешком. Он сделал это за 45 секунд.

    По словам Блаунта, Майкл не дышал, не двигался, его глаза были открыты, а зрачки расширены. Блаунту казалось, что Майкл уже мертв.

    Блаунт заметил кислородный баллон, длинную трубку и носовые трубки, прикрепленные к ней. Носовые трубки были на Майкле. Блаунт также увидел капельницу, проведенную к ноге Майкла, и видел саму капельницу на стойке. Он не видел какого-либо оборудования для мониторинга состояния пациента в комнате и на Майкле.

    Когда Блаунт делал процедуры, он мог видеть монитор сердца. Он не видел каких-либо движений на нем. Он считал, что там была горизонтальная линия.

    Задачей Сеннеффа был сбор медицинской информации. Блаунт слышал, как Сеннефф спрашивал о медицинских препаратах, которые были введены Майклу. Блаунт слышал, как Мюррей сказал «нет». И о состоянии здоровья Мюррей сказал «нет». Мюррей сказал, что Майкл – 50-летний здоровый мужчина. Мюррей сказал, что вводил Майклу обычный физраствор. Мюррей сказал, что Майкл репетировал 16 часов и был обезвожен. Блаунт слышал, как Сеннефф спрашивал Мюррея, принимал ли Майкл наркотики. Мюррей ответил «нет».

    Бразил спрашивает о первоначально введенных препаратах (атропин и эпинефрин). Парамедик Гудвин делал много попыток найти вены на руках, но ему это не удавалось. Сеннефф нашел яремную вену на шее, чтобы ввести вторую дозу препаратов.

    Блаунт видел на полу 3 открытых флакона лидокаина, когда оказывал помощь Майклу. Лидокаин – сердечный препарат. Парамедики не носят с собой лидокаин и не применяют его. Мюррей не упоминал, что давал Майклу лидокаин. Блаунт также не слышал, чтобы Мюррей упоминал пропофол.

    Блаунт не слышал, чтобы кто-то говорил, что чувствует пульс. Бразил напоминает о его показаниях на предварительных слушаниях. Блаунт тогда вспомнил, что Мюррей говорил, что чувствует пульс в паховой области. Они прекратили сжимания грудной клетки, чтобы проверить это (сжимания могут создать искусственный пульс). Когда они проверили, никто больше не почувствовал пульс.

    Сеннефф говорил с базовым центром в клинике UCLA. Блаунт слышал, что в UCLA были готовы объявить Майкла умершим. Блаунт не видел каких-либо признаков жизни и не верил, что Майкл еще жив. Мюррей взял контроль над пациентом на себя. Майкла положили на спинодержатель, и парамедики унесли его вниз, чтобы перевезти в клинику UCLA. Перед тем, как они стали его переносить, Блаунт видел, как Мюррей собирал флаконы от лидокаина с пола и клал их в черный мешок. Блаунт после этого больше не видел эти флаконы с лидокаином.

    Блаунт поехал в UCLA с Майклом. Он сидел около его головы. Они ввели еще одну дозу препаратов по время поездки. Во время транспортировки никаких изменений состояния Майкла не произошло. Блаунт слышал, как Мюррей говорил по телефону. Блаунт слышал, как Мюррей сказал по телефону: «Это касается Майкла, и это не выглядит хорошо». Блаунт не знает, с кем разговаривал Мюррей по телефону.

    Блаунт видел мочевой катетер. Он позволяет собирать мочу в специальную емкость. Он обычно используется, когда кто-то не может встать и пойти в туалет.

    Сеннефф спрашивал, как давно у пациента случился приступ. Блаунт слышал, как Мюррей ответил: «Это случилось около минуты назад». Блаунт чувствовал температуру кожи пациента, и когда тот был на кровати, кожа была теплая. На полу кожа была холодной на ощупь. Блаунт считал, что, судя по состоянию Майкла, он был в таком состоянии больше, чем одну минуту.

    Послеобеденный перерыв

    Перекрестный допрос защиты. Нарег Гурджиян

    Блаунт припарковал машину скорой помощи, достал оборудование, поднялся наверх в спальню. Блаунт говорит, что Майкл по-прежнему был на кровати. Майкл выглядел бледным и худым.
    Гурджиян показывает фотографию и спрашивает, что это за черная сумка на кровати.



    Блаунт не знает, что это такое.

    Гурджиян просит привести примеры наркотиков. Блаунт приводит в пример героин и кокаин. Блаунт говорит, что Мюррей на вопрос о наркотиках ответил «нет». Блаунт говорит, что не слышал, как Мюррей говорил Сеннеффу о лоразепаме.

    Защита спрашивает, слышал ли Блаунт, как Мюррей сказал «это случилось около минуты назад перед тем, как мы позвали на помощь». Блаунт говорит, что не слышал такого, а слышал только фразу «около минуты».

    Гурджиян перечитывает руководство AHA по CPR: сначала сжатия грудной клетки, затем дыхательные пути, затем поток воздуха. Блаунт говорит, что в 2009 году правила были другими: поток воздуха должен был подаваться в первую очередь. Сейчас правила изменились. Гурджиян спрашивает, является ли просьба о содействии во время CPR нормальным явлением, Блаунт отвечает «да».

    Гурджиян спрашивает о флаконах лидокаина. Лидокаин не был спрятан, а лежал на виду.

    Защита спрашивает, был ли пульс Майкла в состоянии P.E.A (Электроактивность без сокращений). Блаунт отвечает, что этого не было, все время была горизонтальная линия.

    Показания Ришель Купер.



    Прямой допрос обвинения. Прокурор Уолгрен.

    Сертифицированный терапевт-реаниматолог в UCLA. Рассказывает подробнее о своем медицинском опыте, об образовании и пройденных тренингах.

    Купер объясняет, что такое базовая станция: медсестры, прошедшие специальные тренинги. Они отвечают на радиозвонки от парамедиков, помогают парамедикам, консультируются с докторами, чтобы предоставить дальнейшие инструкции парамедикам.

    25 июня Купер консультировала парамедиков через медсестру на базовой станции. Медсестра позвонила Купер после звонка парамедиков о том, что попытки вернуть пациента к жизни были безуспешны. Купер получила информацию, что была произведена интубация пациента, была дана порция препаратов, но в течение 40 минут сердце пациента было в состоянии асистолии. В протоколе Лос-Анджелеса говорится о том, что если попытки реанимации безуспешны в течение 20 минут, можно объявлять человека умершим. После получения информации Купер разрешила парамедикам объявить Майкла мертвым в 12.57.

    Медсестра перезвонила Купер и сказала, что рядом с пациентом его врач, и он требует, чтобы медики ввели другие препараты. Речь шла о бикарбонате натрия. Купер сказала, что если это врач с действующей лицензией, они могут ввести препарат, но врачу необходимо взять все под свой контроль, и пациента необходимо перевезти в госпиталь.

    Когда Майкла привезли в госпиталь, забота о пациенте стала сферой ответственности Купер. Купер знала, что пациент уже в пути, поэтому ждала машину скорой помощи.



    У нее была команда из 14 человек:
    - Ришель Купер и 4 других врача
    - 2 технических специалиста по реанимации
    - специалист по обеспечению вентиляции легких
    - медсестра-секретарь для ведения записей и совершения звонков с целью консультации
    - 2 медсестры
    - фармацевт
    - социальный работник для связи с членами семьи и помощи им, для сбора информации от врачей
    - старшая медсестра отделения, которая вызывала дополнительный персонал, если это было нужно.

    Они консультировались и с другими докторами, и те приходили, когда было нужно. Административный персонал также подошел через некоторое время, т.к. стало известно, что пациент - Майкл Джексон.

    Главной задачей Купер было управление реанимацией Майкла. Пока парамедики переносили Майкла в комнату для реанимации, Купер говорила с Мюрреем и спрашивала, что произошло. Мюррей ответил, что Майкл работал много часов, и, по его мнению, был обезвожен. Мюррей сказал, что он поставил капельницу, дал Майклу 2 мг лоразепама и потом еще 2 мг лоразепама, а потом увидел, как случился сердечный приступ. Мюррей также сказал, что Майкл не был болен. Купер спросила Мюррея о лекарствах, которые он давал Майклу. Он ответил, что вводил две дозы лоразепама по 2 мг через капельницу.

    Уолгрен спрашивает: "Говорил ли Мюррей о других препаратах кроме лоразепама?" Купер отвечает, что нет.

    Мюррей сказал, что видел, как случился приступ. Уолгрен ее спрашивает, что это означает. Купер отвечает, что это означает, что приступ случился, когда пациент был под наблюдением врача. Сердце пациента перестает биться, и он перестает дышать. Это означает, что ты находишься вместе с ним и видишь, как это случается.

    Купер также спросила о препаратах, которые Майкл принимал регулярно. Мюррей сказал ей о валиуме и фломаксе. Валиум - средство для снятия тревоги и беспокойства. Фломакс принимают при проблемах с простатой или из-за камней в почках. Мюррей не упоминал о других препаратах, по словам Купер.

    Она также спрашивала об истории болезни пациента, были ли у него проблемы с сердцем и склонность к тромбообразованию. Мюррей на все вопросы ответил "нет". Купер спросила, видел ли Мюррей приступы раньше и жаловался ли Майкл на боли в груди. Мюррей ответил "нет".

    Купер не видела каких-либо физических травм.

    Купер говорит, что Майкл был в состоянии клинической смерти, у него не было пульса. Были признаки умирающего сердца (сердце могло посылать некоторые сигналы), зрачки были расширены. Несмотря на это, они делали попытки вернуть Майкла к жизни. Они убедились в том, что дыхательные трубки были в правильном месте и что пациенту поступал воздух. Они проверили пульс, его не было. Они начали CPR, пытались вернуть Майкла к жизни. Они использовали ультразвук, чтобы проверить сердце. Уолгрен показывает фотографии комнаты для реанимации и просит Купер описать все медицинское оборудование, которое там есть. Купер рассказывает по очереди о каждом предмете.


  25. The Following 5 Users Say Thank You to Snowflake For This Useful Post:


  26. #14
    Points: 3,848, Level: 39
    Level completed: 32%, Points required for next Level: 102
    Overall activity: 0%
    Achievements:
    1000 Experience PointsThree FriendsVeteran

    Join Date
    Jan 2010
    Posts
    320
    Points
    3,848
    Level
    39
    Thanks
    295
    Thanked 297 Times in 94 Posts

    Default Судебный процесс. День 5 - 3 октября 2011

    Судебный процесс. День 5 - 3 октября 2011

    Утреннее заседание


    Свидетельские показания Др. Ришель Купер

    Продолжение прямого допроса ведет прокурор обвинения Дэвид Уолгрен





    Купер заявляет, что КМ указал, что он дал Майклу Джексону 4 миллиграмма лоразепама, не упоминая о пропофоле. Купер заявляет, что в помещении медцентра UCLA, в котором находился Майкл Джексон, присутствовали около 14 человек, но что окончательное слово по поводу всего, что происходило в том помещении, было за ней. Купер заявляет, что ей было известно, что парамедиками были введены "препараты для запуска сердечной деятельности" в доме в Кэролвуд, а также во время транспортировки в UCLA. Купер заявляет, что в UCLA в рамках действий в попытки возобновить сердечную деятельность у Майкла Джексона были даны только эпиферин, бикарбонат натрия. Капельно был дан дофамин. Купер заявляет, что непрямой массаж сердца производился с самого момента прибытия (в UCLA).

    Купер заявляет, что Майкл Джексон был доставлен в 1:13 pm, а факт его смерти был констатирован в 1:26 pm, непрямой массаж сердца проводился непрерывно. Купер заявляет, что у Майкла Джексона была установлена эндотрахеальная трубка, и что терапевт-специалист по искусственной вентиляции лёгких непрерывно осуществлял сжатие мешка Амбу для нагнетания кислорода в легкие Майкла Джексона. Купер также заявляет, что Майкл Джексон в течение всего времени был подключен к мониторам. Купер заявляет, что в течение этого часа и тринадцати минут с момента, когда Майкл Джексон был доставлен в UCLA, до момента времени, когда была констатирована его смерть, она ни разу не чувствовала пульс. Купер заявляет, что они чувствовали пульс, когда проводился непрямой массаж сердца. Но она не определяла наличие спонтанного пульса (когда непрямой массаж сердца не велся). Купер заявляет, что в 13:21 (1:21 - в 24-часовом формате времени) один из сотрудников центра сообщил о пульсе, но когда Купер проверила показания монитора, то данные на мониторе не свидетельствовали о наличии пульса.

    Купер заявляет, что она приняла решение в 2:26 pm констатировать время смерти, несмотря на то, что она констатировала смерть в доме в Кэролвуд в 12:57 pm. Купер заявляет, что в период с 12:57 pm до 2:26 pm в состоянии Майкла Джексона изменений не наблюдалось. Купер заявляет, что она обратила внимание на наличие кондомного катетера на теле Майкла Джексона. Купер заявляет, что кондомные катетеры используются для сбора мочи в случаях бессознательного состояния пациентов. Купер заявляет, что наличие кондомного катетера было необычным для 50-летнего мужчина, о котором было известно, что он здоров.

    Купер заявляет, что она не просила Мюррея подписать свидетельство о смерти, потому что Майкл Джексон был ее пациентом.

    Купер заявляет, что ей не была известна причина смерти Майкла Джексона, и что поэтому случай Майкла Джексона являлся сферой ответственности коронеров. Купер заявляет, что у них была команда социальных работников для оказания помощи семье еще до того, когда была констатирована смерть Майкла Джексона. Купер заявляет, что команда социальных работников является стандартом клинической практики в UCLA, что это не было инициативой Конрада Мюррея. Купер заявляет, что ее поставили в известность о том, что дети Майкла Джексона знали о смерти их отца. Купер заявляет, что она видела детей, что они были напуганы и находились в довольно истерическом состоянии, и что заботился о них некто, кто, как было сказано, являлся их няней.


    Перекрестный допрос защиты

    Купер заявляет, что ей не известно точное время смерти Майкла Джексона, она исходила из того, что ей сказали парамедики, и констатировала время смерти в12:57 pm. Купер заявляет, что на основании информации, которой она располагала, она считала, что смерть Майкла Джексона наступила в 12:57 pm. Купер заявляет, что она могла отклонить требование Мюррея продолжить попытки реанимировать Майкла Джексона, но она позволила Мюррею сделать тот звонок. Купер заявляет, что, по ее оценке, когда Майкл Джексон был доставлен, он был клинически мертвым, и что любые попытки реанимации были бы безрезультатными. Купер заявила, что Мюррей утверждал, будто бы пульс был, поэтому она продолжила попытка спасти Майкла Джексона.

    Купер заявляет, что она никогда не была анастезиологом, но она использовала пропофол, в UCLA для этого требуются особые права (на использование). Купер заявляет, что она всегда использует медицинские препараты на оборудовании реанимационного отделения больницы (в UCLA). Купер заявляет, что в своей практики использования пропофола она применяет количество препарата в зависимости от конкретного случая. Купер заявляет, что выбирает такую дозу, которая будет приемлема для пациента, чтобы пациент не чувствовал боли. Купер заявляет, что она никогда не использовала пропофол, будучи студенткой. Купер заявляет, что если 25 мг пропофола были медленно введены в течение 3-5 минут пациенту весом 135 фунтов (ок. 0, 454 кг), который при этом не получал никаких других препаратов, то она считает, что если она добилась седации (состояния наркоза у пациента), то он должен проснуться по истечении семи-десяти минут. Купер не думает, что пропофол полностью метаболизизируется в организме по истечении семи минут. Купер заявляет, что 25 мг – очень малое количество, и его было бы недостаточно для введения пациента в состояние наркоза.

    Купер заявляет, что Мюррей заявил, что он был свидетелем остановки сердца у Майкла Джексона. Купер заявляет, что она никогда не спрашивала, во сколько Майклу Джексону был дан лоразепам. Купер заявляет, что она ранее давала свидетельские показания о том, что Мюррей заявил, что был свидетелем остановки сердца у Майкла Джексона. Купер заявляет, что период полувыведения бензодиазепинов сильно колеблется.

    Купер посещала курсы обучения по процедурной седации, она назначала процедурную седацию и занимается рецензированием статей по процедурной седации. Купер заявляет, что в случае со здоровым пациентом она начала бы проводить процедуру седации, исходя из соотношения количества препарата в мг на кг массы, а в случае с Майклом Джексоном это составило бы 60 мг; эта доза обеспечила бы состояние сна в течение примерно 10 минут.
    Купер заявляет, что если бы Мюррей сказал ей, что он дал 25 мг пропофола в 10:40, это бы не повлияло на то, каким образом она лечила Майкла Джексона как пациента. Купер заявляет, что Майкл Джексон умер задолго до того, как стал ее пациентом.

    Купер заявляет, что Мюррей заявил, что он думал, что у Майкла Джексона было обезвоживание, дал ему лоразепам и был свидетелем остановки сердца у Майкла Джексона. Купер заявляет, что Мюррей сказал ей, что Майкл Джексон принял фломакс, который обычно принимается при наличии заболеваний мочевыводящих путей.

    Купер заявляет, что, несмотря на то, что измерение ректальной температуры обычно проводится, Купер не может припомнить, было ли это сделано тогда. Купер заявляет, что ректальная температура не дала бы ей информации о времени наступления смерти. Купер заявляет, что парамедики Лос-Анджелесского округа руководствуются регламентированной процедурой, которая предписывает проводить реанимационные мероприятия в течение 20 минут, и если по истечении 20 минут изменений не наступило, то должна быть констатирована смерть. Купер заявляет, что это был первый случай, чтобы парамедики когда-либо спрашивали ее о разрешении продолжить реанимационные мероприятия, после того как она сказала им констатировать смерть.

    Купер заявляет, что она не помнит, был ли Мюррей в состоянии сильного возбуждения, но, честно говоря, она не обращает такого большого внимания на кого-либо еще, помимо пациента. Купер не много помнит о поведении (тогда) Мюррея, за исключением того, что Мюррей отнесся с уважением к тому, что ему не было позволено проводить процедуры в отделении неотложной помощи. Купер заявляет, что между Мюрреем и доктором Крузом состоялась беседа, содержание которой она не слышала, но после этого был установлен внутриаортальный баллон-насос. Купер заявляет, что мочи в кондомном катетере или мочеприемнике не было. Купер заявляет, что если бы моча была, Купер отправила бы ее для анализа в лабораторию.


    Повторный прямой допрос - Уолгрен

    Купер заявляет, что она исходила из того, что Конрад Мюррей ей не лгал. Купер заявляет, что Мюррей сказал ей, что Майкл Джексон напряженно работал, у него было обезвоживание, и что он дал ему лоразепам. Купер заявляет, что у всех врачей нет разрешения на использование пропофола. Купер заявляет, что у них имеется оборудование, установленное внутри помещения и за пределами помещения для случаев, связанный с лечением пациента, которому был введен пропофол. Купер заявляет, что при назначении пропофола или иного анастетика всегда присутствует лечащий врач плюс еще один врач.


    Перекрестный допрос защиты

    Купер заявляет, что при назначении пропофола препарат должен вводиться методом медленной болюсной инфузии. Купер заявляет, что прямая инъекция пропофола вызовет остановку дыхания, хотя ей и не приходилось видеть, чтобы делалась прямая инъекция. Купер заявляет, что случаи постоянного использования пропофола редки.

    Повторный прямой допрос - Уолгрен

    Купер заявляет, что она имеет подготовку реаниматолога для проведения интубации пациентов или для осуществления контроля за состоянием дыхательных путей пациентов при проведении процедурной седации.


    Перекрестный допрос защиты

    Купер заявляет, что у нее никогда не было пациента, у которого произошла бы остановка дыхания во время проведения процедурной седации. Купер заявляет, что в случае возникновения проблемы первоочередной задачей является стимуляция пациента, что означает – разбудить пациента, и что этого почти всегда бывает достаточно. Купер заявляет, что если бы доктору пришлось назначить 60 мг на 60 кг массы пациента, доктор смог бы сразу увидеть недостаточность дыхания, которое можно определить визуально, но что раньше проблему с дыханием определил бы капнограф (его показания).


    утренний перерыв


    Свидетельские показания Эдварда Диксона




    Прямой допрос ведет прокурор обвинения Дэбора Бразил

    Диксон заявляет, что он работает в компании AT & T в качестве старшего инженера службы технической поддержки с 1997. Диксон заявляет, что он хорошо знаком с обработкой регистрации звонков с телефонов сотовой связи, и прежде ему уже приходилось выступать в качестве свидетеля относительно регистрации звонков с телефонов сотовой связи. Диксон заявляет, что он проверял записи мобильных звонков Мюррея. Диксон заявляет, что статус лицевого счета мобильного телефона в июне 2009 г. был активным.

    Диксон заявляет, что 25 июня 2009 г., звонки были сделаны:

    - 9:23 am Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 22 минуты
    -10:14 am Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 2 минуты
    -11:07 am Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 1 минута
    -11:18 am Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 32 минуты
    -11:49 am Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 3 минуты
    - 11:51 am Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 11 минут
    - 12:12 pm Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 1 минута
    -12:15 pm Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 1 минута
    - 3:38 pm Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 2 минуты
    - 4:31 pm Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 1 минута
    - 4:32 pm Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 1 минута
    - 5:02 pm Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 1 минута

    Диксон заявляет, что мобильный телефон содержит как данные, так и звонки. Диксон заявляет, что 25 июня 2009 г. на мобильном телефоне Мюррея имела место активность данных:
    - 1:04 am, 2:04 am, 3:04 am, 4:04 am, 5:04 am and 6:04 am, Диксон заявляет, что это информация об извлечении (данных), и что информация информация записана в телефон.
    -8:54 am - 5:02 pm активность данных.


    Перекрестный допрос защиты - Гурджиян

    Диксон заявляет, что система регистрация активности телефона не идентифицирует, кто использует телефон. Диксон заявляет, что нет никакой возможности определить, о чем говорится в текстовом сообщении, отправленном с любого телефона AT&T (что касается активности данных). Диксон заявляет, что по состоянию на сегодняшний день ему не известно, кому принадлежат мобильные телефоны, по которым Мюррей звонил 25 июня 2009 г.. По существу, Диксон заявляет, что он может сказать, ушли ли звонки на голосовую почту или же на них был получен ответ только в случае, если они были сделаны с телефонов или на телефоны компании AT&T.

    Диксон заявляет по поводу использования данных, что данные сохраняются автоматически, в данном случае их сохранение происходило в 1:04 am, 2:04 am, 3:04 am, 4:04 am, 5:04 am и 6:04 am.

    11:07 am, телефонный звонок на телефон Мюррея, Диксон заявляет, что он не может сказать, был ли на этот звонок ответ, или же звонок ушел на голосовую почту. Затем Диксон смотрит в свои записи (папку с распечатками), проверяя конкретно продолжительность звонка, и заявляет, что он определился как входящий звонок продолжительностью 1 минута, но все равно он не может сказать, ушел ли звонок на голосовую почту или же на него ответили.


    Повторный прямой допрос - Дэбора Бразил

    Бразил вносит исправления во время совершения звонка: время звонка 3:38 pm неверное, правильное время - 3:58 pm.


    Свидетельские показания Джеффа Строма





    Прямой допрос - Дебора Бразил

    Стром заявляет, что он ответственный за хранение регистрации записи телефонных разговоров компании Sprint/Nextel и отвечает за свидетельствование в судах в случае поступления от них таких запросов. Стром заявляет, что абонентом номера, о котором спрашивает прокурор Бразил, является Конрад Мюррей. Стром заявляет, что 25.06.2009 были сделаны звонки с телефона или на телефон Мюррея:

    - 7:01 am Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 25 секунд
    - 8:25 am Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 0 секунд (текстовое сообщение)
    - 8:39 am Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 53 секунды
    - 10:20 am Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 111 секунд
    - 10:34 am Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 8 1/2 минут
    - 11:26 am Звонок, совершенный на телефон Мюррея длительностью 7 секунд
    - 1:08 pm Звонок, совершенный с телефона Мюррея длительностью 2 минуты


    Перекрестный допрос защиты - Гурджиян

    Стром заявляет, что относительно звонка в 11:26 am он не может сказать, был ли на этот звонок ответ или нет, но звонок не является голосовым сообщением.


    Свидетельские показания д-ра Тао Нгуен





    Д-р Нгуен заявляет, что она работает в центре UCLA в качестве кардиолога/научного работника. 20% своего времени Нгуен работает кардиологом, 80% своего времени занимается научно-исследовательской работой. Нгуен заявляет, что в июне 2009 г. Она была кардиологом. Нгуен заявляет, что в сферу ее обязанностей входило заботиться о тяжелобольных пациентах, находившихся в отделение интенсивной терапии центра UCLA, вела пациентов и была ее руководителем тогда д-р Дэниэл Круз.

    Нгуен заявляет, что ее вызвали в отделение неотложной помощи центра UCLA, чтобы оказать помощь с пациентом Майклом Джексоном. Нгуен заявляет, что она получила сообщение по пейджеру, что в отделение неотложной помощи требуется помощь для VIP-пациента по имени Майкл Джексон. Нгуен заявляет, что д-р Купер проводила мероприятия по оказанию помощи Майклу Джексону, когда она прибыла в помещение неотложной помощи. Нгуен заявляет, что Мюррей представился ей как личный врач Майкла Джексона. Нгуен спросила Мюррея о том, что произошло, и Мюррей ответил, что Майкл Джексон был очень уставшим, он готовился в концертному туру. Нгуен заявляет, что она спросила Мюррея, не давались ли какие-либо лекарственные средства, Мюррей заявил, что 4 мг ативана (торговое название лоразепама). Нгуен спросила, не давались ли какие-либо другие препараты, Мюррей заявил, что никаких других препаратов не давалось.

    Нгуен заявляет, что она спросила, во сколько был дан ативан, Мюррей заявил, что он не знает. Нгуен заявляет, что Мюррей сказал ей, что он обнаружил, что Майкл Джексон не дышит, Нгуен спросила, во сколько это было, Мюррей заявил, что он не знает. Нгуен заявляет, что она затем спросила Мюррей, во сколько был сделан звонок в службу 911, Мюррей заявил, что он не знает, у него нет представления о времени, потому что у него нет часов. Нгуен заявляет, что она попросила Мюррея указать приблизительный период времени с момента, когда Мюррей обнаружил, что Майкл не дышит, до момента, когда он позвонил в 911; Мюррей не смог.

    Нгуен заявляет, что Мюррей никогда не упоминал при ней пропофол. Нгуен заявляет, что после получения сведений от Мюррея она проконсультировалась с д-ром Круз. Мюррей сказал им, что он обнаружил пульс, но ни д-р Нгуен, ни д-р Круз пульс не нашли. Мюррей просил как Нгуен, так и Круз продолжать пытаться реанимировать Майкла Джексона, не отказываться сразу. Нгуен заявляет, что следующим шагом в попытке реанимировать Майкла Джексона – это использование внутриаортального баллона-насос для сердца Майкла Джексона. Нгуен заявляет, что она опасалась, что их действия были слишком запоздалыми, что время было не на стороне Майкла Джексона.

    Обеденный перерыв
    Last edited by Wenghua; 04-10-2011 at 05:42 PM.

  27. The Following 4 Users Say Thank You to Wenghua For This Useful Post:


  28. #15
    Points: 20,821, Level: 90
    Level completed: 95%, Points required for next Level: 29
    Overall activity: 13.0%
    Achievements:
    VeteranTagger First Class10000 Experience Points

    Join Date
    Mar 2010
    Location
    United States
    Posts
    1,074
    Points
    20,821
    Level
    90
    Thanks
    1,369
    Thanked 2,577 Times in 599 Posts

    Default День 5: 3 октября 2011, вечер

    Murray Trial день 5, 3 октября 2011

    Послеобеденная сессия

    Показания Тао Нгуйен (ТН)




    Прямой допрос, Уолгрен (продолжение)

    Что такое баллонный насос? Он вставляется в аорту, чтобы помочь работе сердца. Она сомневается, что в той ситуации он бы помог. Похоже было, что время не в пользу MJ, его тело выглядело безжизненным. Она все же применила баллонный насос, веря в лучшее. ТН и доктор Круз (дежурный кардиолог) не чувствовали пульса, но КМ сказал, что он пульс чувствовал, попросил дать MJ шанс и не прекращать попыток спасти его жизнь. ТН и д-р Круз применили баллонный насос, даже хотя считали, что это бесполезно. Разрешение применить баллонный насос дал д-р Круз. Вставили его без осложнений, но попытка не дала результата.

    Прежде чем вставлять баллонный насос, они договорились с КМ, что это будет последнее средство спасения MJ, и если оно не сработает, то они прекратят усилия.

    Д-р Нгуйен: «Мы хотели позволить мистеру Джексону уйти с достоинством, поэтому приняли решение прекратить попытки».

    Вскоре после безуспешного применения баллонного насоса, MJ был объявлен мертвым.

    КМ за все это время ни разу не упомянул Пропофол.

    Перекрестный допрос, Фланаган

    ТН вызвали за минуту до 13:35. Она запомнила время, потому что посмотрела его на пейджере. ТН была на 7-м этаже в зале кардиологии. Она разговаривала с доктором Купером, когда вошла в отсек травматологии, где доктор Купер представил ее доктору КМ, сказав, что это врач MJ.

    ТН знала, что пациентом является MJ, потому что сообщение, которое она получила, гласило “VIP Michael Jackson”

    ТН сперва поговорила с КМ, потому что он был основным источником информации. Она всегда обращается сначала к первоисточнику, а затем говорит с дежурным врачом UCLA (доктором Купером).

    КМ сказал ей, что у MJ были проблемы со сном, он был уставший после подготовки к концертному туру, просил помощи, чтобы заснуть. КМ сказал ТН, что дал ему «Ативан 4 мг внутривенно» (он же Лоразепам – прим. пер.).

    КМ не сказал ей, что ввел его двумя отдельными дозами. КМ не упомянул Валиум и Фломакс, а также отрицал применение других седативных и наркотически препаратов. КМ не смог вспомнить время, когда дал MJ Ативан. КМ также не помнил время остановки дыхания. КМ не помнил время звонка в скорую.

    Что вызвало беспокойство у ТН: 1) время было не на их стороне, 2) капельницу от бессонницы в амбулаторных условиях обычно не ставят. Дозировка была названа не слишком большая, однако пациент прибыл без признаков жизни.

    4 мг Ативана внутривенно усыпят человека. ТН говорит, что начала бы с 1 мг перорально. Капельница оказывает более выраженный эффект, чем принятие внутрь. Она бы не стала применять Ативан в амбулаторных условиях, и даже в условиях госпитализации, потому что существуют лучшие препараты, не являющиеся седативными и наркотическими.

    Рекомендованная доза Ативана – 2-4 мг перорально для взрослого. 2 мг внутривенно усыпят человека довольно быстро, за 5-7 минут, в зависимости от человека. Если организм уже привык препарату, засыпание может занять дольше времени. Период полувыведения Ативана – 12+/- 5 часов. ТН сказала, что продолжительность сна будет зависеть от пациента и условий. Как правило, человек способен проспать целую ночь от этой дозы.

    Защита спрашивает о повторной дозе в 2 мг Ативана, и вызовет ли она сон. ТН говорит да, если у пациента не развилась толерантность. При высокой толерантности организма понадобится большая доза. ТН также замечает, что хотя толерантность пациента к препарату может повышаться, уровень толерантности организма к токсичности препарата не меняется.

    Защита спрашивает о 20-ти мг Ативана внутривенно, ТН отвечает, что это очень высокая доза. Защита спрашивает, способна ли она убить человека. ТН отвечает, что Ативан действует на мозг и вызывает сонное состояние (угнетение сознания), в результате чего мозг может перестать посылать диафрагме сигналы к дыханию.

    Защита спрашивает о периоде полувыведения Ативана. Будет ли препарат присутствовать в крови в 12:00, если по 2 мг было введено в 2 часа и в 5 часов утра.

    Защита спрашивает, нужно ли смотреть за пациентом, если даешь ему Ативан. ТН отвечает, что за пациентом следят несколько человек до тех пор, пока он полностью не придет в сознание.

    Упоминают невнятную речь, и ТН говорит, что это может быть эффектом от Ативана. ТН имеет опыт применения Пропофола. Пропофол не вызывает такого нарушения речи.

    КМ по виду был в панике и отчаянии. Он сказал: «Не сдавайтесь так легко, пожалуйста, спасите ему жизнь».

    Пульса не было, но ТН не знала, как давно. ТН думала, что когда ее позвали, сердечно-легочная реанимация была отчасти успешна. Все, что ей точно известно, это что когда она спустилась, MJ был без признаков жизни, и ни она, ни доктор Круз не нашли пульс. В такой ситуации не было смысла использовать баллонный насос.

    ТН говорит, что КМ присутствовал, обладал подготовкой и знал, как снимать пульс, поэтому она поверила ему, когда он сказал, что чувствовал пульс.

    Защита спрашивает, когда они применили баллонный насос. Она сказала, что оборудование принесли в течение 5-7 минут, и сразу после начали процедуру.

    Защита опять спрашивает про соглашение с КМ применить насос и прекратить попытки, если он не поможет. ТН снова повторяет свои предыдущие объяснения.

    ТН говорит, что спросила КМ, давал ли он что-либо, аннулирующее эффект Ативана. Позже ТН рассказывает о препарате Флумазенил. 0,2 мг применяют для того, чтобы остановить дальнейшее угнетение мозговой деятельности. Чтобы аннулировать эффект Ативана, его нужно давать немедленно, в течение секунд. Защита спрашивает, какое временное окно допустимо. ТН говорит секунды, максимум – минуты (2-3 минуты). ТН говорит, действие Ативана можно полностью свести на нет, но если протянуть слишком долго, то эффекта не будет. Препарат нужно давать сразу, как только обнаружено, что пациент не дышит. ТН говорит, что антидот должен быть всегда под рукой при лечении пациента Ативаном. ТН говорит, что следующий шаг – интубация пациента и подключение к аппарату искусственного дыхания.

    Защита спрашивает, можно ли ожидать, что для 4 мг Ативана понадобится Флумазенил. ТН говорит, что обычно осложнений не ожидается, если пациент привык к препарату и толерантен к нему. Но она добавляет, что случиться может все, поэтому препарат всегда используют в условиях наблюдения и с кислородом наготове.

    Второй прямой допрос, Уолгрен

    ТН использует Пропофол в госпитале, но во время процедуры присутствует анестезиолог. ТН говорит, что в комнате находятся минимум 3 человека: кардиолог, анестезиолог и сестра. ТН говорит, что Пропофол применяют только в условиях госпитализации, более того – только в реанимации или операционной. ТН также говорит, что ее вводят с специально отведенном месте специально обученный персонал, имеющий необходимое оборудование. Рядом должна быть каталка. ТН говорит, что не стала бы применять Пропофол без соответствующего оборудования.

    ТН упоминает, что Пропофол может вызвать отрицательные эффекты, и к нему нет антидота, поэтому, прежде чем начать применять его, надо быть готовым к худшему. Это обязательно.

    Второй перекрестный допрос, Фланаган

    Защита спрашивает, применяют ли Пропофол по другим причинам, кроме мед. процедур. Применяют ли его как седативное. Защита отмечает, что ТН использовала Пропофол только во время процедур, когда делила ответственность с анестезиологом. Вопрос: может ли она давать его самостоятельно, если нет процедуры. ТН отвечает: «Я не использую Пропофол, если не требуется проведение процедуры». Фланаган говорит, что это потому, что она не когда не вела практику вне госпиталя. ТН говорит, что работает вне госпиталя, но никогда бы не стала давать Пропофол в амбулаторных условиях.

    Защита спрашивает, какую дозу Пропофола она бы ввела человеку с габаритами MJ. ТН говорит, что это зависит от условий и от того, использовались ли другие седативные.

    Фланаган утверждает, что Пропофол часто используется вне госпиталя. ТН не соглашается. Фланаган спрашивает, известно ли ей о случаях применения Пропофола в кабинетах дантистов и гастроэнтерологов. ТН отвечает, что не известно: она никогда не интересовалась, что они применяют. Она спрашивала только, что дают лично ей.

    Третий прямой допрос, Уолгрен

    Уолгрен спрашивает, слышала ли ТН, чтобы Пропофол использовался кем-либо дома, в частном жилище. Она отвечает, что это впервые.

    Показания доктора Джоан Прашад (ДП)



    Приямой допрос, Бразил

    ДП – врач, специалист по заболеваниям внутренних органов, работает 9 лет в госпитале Хьюстона.

    ДП позвали, чтобы оценить состояние пациента перед операцией и заключить, можно ли ему пройти операцию. ДП обычно осматривает пациента, изучает историю болезни, смотрит карту больного. Пациент недавно прошел операцию у КМ, КМ имплантировал стент в артерию его ноги, чтобы поддерживать движение крови через сосуд. Пациент принимал лекарство (Плавикс), которое вызывало беспокойство у хирурга и анестезиолога.

    У пациента на ноге была открытая рана до кости. В случае операции рана начала бы кровоточить. Вопрос был, можно пациенту продолжать принимать Плавикс, или нет.

    Стент поставили 4,5 месяца назад. ДП видела, что был назначен Плавикс, обычно его принимают полгода. Ей нужно было выяснить, можно ли прекратить прием досрочно. ДП хотела спросить у КМ его мнение об этом пациенте и о том, можно ли ему прекратить прием препарата перед операцией.

    Бразил спрашивает о мед. карте и ее важности. ДП отвечает, что карта важна, потому что из нее можно получить точную медицинскую информацию. Пациенты, как правило, не знают деталей лечения и не могут вспомнить все предыдущие процедуры.

    ДП позвонила в офис КМ и получила его номер, но попала на автоответчик. Она снова позвонила в офис и ей дали второй номер. ДП позвонила по второму номеру, объяснила, зачем звонит и спросила, можно ли пациенту прекратить прием Плавикса для операции. КМ однозначно ответил, что препарат надо принимать до конца шестимесячного курса и отложить операцию до этого срока. КМ правильно указал дозу и свой план лечения.

    ДП удивилась, что, хотя она позвонила неожиданно, КМ сразу смог дать ей ответ. Обычно доктора говорят, что им надо посмотреть карту, и просят разрешения перезвонить позже. КМ отчетливо описал схему лечения и необходимость приема препарата.

    Звонок был в 10:20 утра, короткий. КМ дал информацию, которая была ей нужна. На основе этой информации она приняла решение отложить процедуру.

    Перекрестный допрос, Чернов

    Защита отмечает, что часто доктора не помнят своих пациентов, но КМ помнил, помнил схему лечения, назначенные лекарства. Чернов спрашивает, впечатлил ли ее КМ, она отвечает, что да.

    Перерыв

    Показания Антуанетт Джилл



    Она из Лас-Вегаса, знала Мюррея 10 лет. Его ей порекомендовал один из ее клиентов. Она пациентка КМ.

    В середине июня она получила письмо из офиса КМ. В письме говорилось, что КМ собирается уйти в продолжительный отпуск. Она позвонила КМ на мобильный 25 июня в 8:45 утра. Между ними состоялся нормальный короткий разговор. Она просила порекомендовать ей другого врача, но не получила рекомендацию.



    (В письме от 15 июня 2009 Мюррей сообщает своим пациентам, что в связи с уникальной предоставленной ему возможностью он прекращает практику на неопределенный срок, однако пытается найти адекватную замену себе и по мере возможности продолжит управлять делами удаленно.)

    У защиты нет вопросов

    Показания Консуэло Энджи (КЭ)



    КЭ познакомилась с КМ в 2003-04 гг., когда он лечил ее бабушку. КЭ говорит, что КМ помог бабушку вылечить. КЭ вызвалась помочь КМ в его офисе в Лас-Вегасе и работала сиделкой. Она не имеет квалификации сестры.

    Она помогала КМ в его офисе 5 дней в неделю. Работала в приемной и секретарем. Занималась бумажной работой, отвечала на звонки, проверяла жизненные показатели пациентов.

    Она знакома с Робертом Расселом, который бывал в кабинете ECP (не уверена, что это – прим. пер.). В офисе КМ работали еще 3 девушки: Кэрол, Сара и Ли. Кэрол в основном работала в приемной: регистрировала пациентов, назначала даты приема, отвечала на звонки, посылала запросы в страховые компании и получала от них разрешение на лечение. Ли работала с документацией и также отвечала на звонки и помогала с пациентами по мере необходимости. Сара занималась тем же. Никто из них не имел профессии медсестры. У них не было соответствующих разрешений. Все они помогали по офису. У КМ также была ассистентка Стейси, которая работала из Сан-Диего. Стейси заказывала расходные материалы, вела бухгалтерию.

    КМ проводил неделю в Хьюстоне, неделю в Лас-Вегасе. Офис в Лас-Вегасе работал и тогда, когда КМ был в Хьюстоне. В его отсутствие проводили ECP и эхокардиограммы.

    ECP-терапия: оборачивали нижние конечности пациента, ставили пациенту прибор для измерения давления, проверяли уровень кислорода в крови, подключали пациента к машине. Уровень кислорода проверяли с помощью прибора, который надевается на палец.

    Когда КМ отсутствовал в офисе, он ежедневно звонил, чтобы проверить, как дела. В это время пациентов принимали не полный день. КМ не проводил процедур в своем офисе. Процедуры он проводил в госпитале по пятницам.

    Июнь 2009 – она не знала, что КМ в Калифорнии. КМ звонил и просил перенести прием пациентов.

    Бразил упоминает о письме, которое КМ послал своим пациентам, уведомляя их о временном прекращении практики. КМ сказал своим сотрудникам, что является личным врачом MJ, еще до письма 15 июня. Они продолжали работать на КМ, другой врач должен был прийти и принять его обязанности, но это еще не организовали.

    25 июня она работала в офисе с Кэрол, Ли и Сарой. КМ позвонил в офис, она с ним не разговаривала. 11:18 утра, звонок на 32 минуты. Она не разговаривала с ним, возможно, разговаривал кто-то другой из офиса. Для него было обычной практикой звонить в офис в периоды отсутствия.

    Они ушли обедать, они не принимали пациентов в тот день. Когда они вернулись с обеда, позвонил их поставщик. Так они узнали, что что-то случилось с MJ.

    Перекрестный допрос, Чернов

    Защита спрашивает, получала ли она повестку в суд. Она отвечает «да».

    Защита спрашивает о расписании КМ. Пн и ср – он принимает пациентов после обеда, а по утрам совершает обход в госпитале. По вторникам принимает пациентов утром, а потом идет в госпиталь. По пятницам проводит процедуры в госпитале.

    Защита снова спрашивает о том, звонил ли КМ в офис и что они делали в офисе, когда его не было. Она повторяет предыдущие показания.

    Защита спрашивает, почему она вызвалась работать у КМ. Она отвечает: потому что ей хотелась набраться опыта и попробовать, каково это – работать медицинским ассистентом. Она видела, как КМ лечил ее бабушку.

    Вопрос Чернова: была ли у КМ склонность заводить дружеские отношения с пациентами? Да. У пациентов была привязанность к КМ? Да, была.

    После того, что случилось, она перестала работать на КМ: он закрыл практику в результате того, что случилось с MJ. Возражение. Принято.

    КМ поговорил со всеми одновременно и сообщил, что уходит в длительный отпуск, чтобы поехать в тур с MJ. Они были взволнованны, потому что «это же MJ, все знают MJ». КМ сказал им, что вернется к концу года.

    Показания Бриджитт Морган



    Прямой допрос, Бразил

    Она познакомилась с КМ в 2003 году, не на работе. С тех пор между ними сохранялась дружба/отношения. КМ сказал ей, что является личным врачом MJ.

    Она позвонила КМ 25 июня в 11:26 утра. КМ не ответил на звонок.

    Перекрестный допрос

    Она живет в Лос-Анджелесе с 1998 года.

    Второй прямой допрос, Бразил

    Она познакомилась с КМ в Лас-Вегасе.

  29. The Following 4 Users Say Thank You to morinen For This Useful Post:


Bookmarks

Bookmarks

Posting Permissions

  • You may not post new threads
  • You may not post replies
  • You may not post attachments
  • You may not edit your posts
  •